Шаг 26.2 Психосоматическая саморегуляция

Шаг 26.2 Психосоматическая саморегуляция

(Оглавление, Шаг 26.1)

 

        А.М. Кашпировский экспериментально доказал наличие психогенетической памяти нормы состояния физического организма. Увы, по утверждению Н. Бехтерева аналогичная память есть и на болезни. Эту тему мета-теория обобщает следующим представлением: абсолютно всё, что происходит с психикой и телом за время жизни записывается на уровне нейрогенетической памяти, а также хранится отображение фундаментальных эволюционных состояний предшествующих и следующих после человеческого уровня. Психонавтика на опыте многих сотен и тысяч людей доказала наличие принципиальной памяти (и возможности конструирования) разнообразных состояний сознания и форм физического воплощения. А главное, память себя в качестве Бога (Сверхсознания и Абсолюта). В нас хранятся не только следы жизненных событий и слои изменений нашей личности (всё это воспроизводимо под гипнозом), но имеется так же память биохимических и нейрогенетических (сетевых) событий, понимаемых как реакции нервной системы и в целом организма на разные воздействия. Иначе говоря, есть реестр восстановительных процедур и накопленных ошибок-поломок. Геном содержит в своем фазовом пространстве потенциал всевозможных собственных состояний. Среди них изначально здоровый геном имеет память своего оптимального развития, но разнообразные благоприятные и неблагоприятные внешние факторы заставляют его приспосабливаться и менять план работ. (В отличие от генотипа, фенотип отражает любые изменения внешней среды, внося корректировки в наследуемые программы. В этом состоит смысл эволюции: если меняются условия существования систем, то исторически меняются и сами системы, вплоть до их устранения с авансцены исторических событий). Если же поломки генетические, то план нормальных ген имеется на уровне метаген (регуляторные гены - это участки ДНК, кодирующие белки и РНК, которые управляют «включением» и «выключением» других участков ДНК). Поломки же метаген исправимы только с мета-мета-уровня или извне человеческого организма. Хотя, теоретически, высоко-самодостаточная ДНК должна иметь возможность такой коррекции из своего тело-уровня. То есть мета следит за телом, а оно за мета. 

        Замечу, что задачи продления жизни и удержания ее качества в плане здоровья, связаны лишь отчасти. Накопление поломок, в основном, ведет не к ускорению старения, а к смерти. А индивиды практически не болеющие на протяжении жизни, в норме живут не намного дольше умеренно болеющих. Молодые люди часто болеют больше, чем они же в старшем возрасте.

        В то же время, омоложение необходимо на достаточную глубину возврата в поисках точек ветвления в путях-последовательностях паттернов функционирования своего генома, точнее, мета-ген. Трансовое моделирование этого процесса показало, что, как и всё в этом мире, оно содержит скрытые опасности. Настроечным образом в моделировании мною был выбран легко вызываемый по памяти образ-ощущение своего тела и психики дошкольного периода. Вероятно, это один из наилучших настроечных образов, поскольку он не придуман, а потому организм хранит память о его специфических психохимических состояниях и процессах. Ведь мы не собираемся возвращаться к детскому организму, а лишь выкопируем его настройки, подобно тому, как все современные операционные системы сохраняют настройки своих оптимальных состояний и по ним восстанавливают их. Кстати, для задач генетической модернизации в такой технике потребуется вспоминание себя всё в более глубокие периоды: новорожденным, эмбрионом и, наконец, одноклеточным – зиготой. (Я немного познал это состояние в транс-трипах, в течение которых некогда полученное полевое восприятие неоднократно всплывало из глубин подсознания.) Так вот, пси-моделирование показало, что с регрессией в организме нарастает количество стволовых клеток и усиливается нейрогенез, что при перезапуске процесса старения может спровоцировать онкологию. Имеется также неравномерность омоложения организма (да и психики), в результате чего некоторые достаточно не обновленные органы могут не выдержать новых биохимических нагрузок и, войдя с ними в конфликт, дать серьезный сбой. Например, износ сердца легко приводит к инфаркту, даже на фоне общего омоложения. 

Интересно также, что сома и нейросистема часто не синхронизируются в плане старения, болезней и эволюции. Так, в здоровом теле бывает больная психика и наоборот. Старение тела, часто никак не сказывается на работе мозга. Такие люди, особенно творческие, имеют ясное сознание до глубокой старости. В иных случаях, организм более-менее в порядке, а нейросети распадаются, вызывая деменцию. Если эволюция тела пока трудная задача, то произвести омоложение и эволюцию многих зон неокоры мозга нам подвластно. Интенсивные творческие поиски, усложняющиеся познание и самопознание, при необходимости, подкрепляемые психоделиками и ноотропами гарантировано приводят к омоложению когнитивных сетей мозга и их структурной эволюции.    

        И, наконец, неравномерность и неоднородность скорости течения психобиологического времени в детском и старческом возрасте приводит к таким явлениям как избыточная регрессия по инерции и ускоренное старение при возвратном движении. Увеличенная продолжительность жизни вызывает не только эйфорию, но и страх перед необходимостью приспосабливаться к всё новым обстоятельствам: экономическим, экологическим, социальным потрясениям, изменению менталитета и этических норм, а также к смерти всех близких людей и вообще своих современников. (Многие долгожители считают выпавший им подарок судьбы карой господней.)  

        Все перечисленные негативные аспекты, возникающие при при омоложении и возврате к механизму старения (разворот, возможен, например, за счет плазмид – автономных кольцевых ДНК, точно так же, как на кольцах автомобильных трасс), следует компенсировать искусным управлением на основе намерений, подключая чередование неглубоких голоданий и сбалансированного питания. Необходимым условием является создание установок на пусть незначительные, но целевые эволюционные состояния психики/тела, дабы омоложенный организм тратил свой потенциал в заданном направлении, а не хаотически. Суть эволюционных поисков в расширении своих психических и психобиологических возможностей. А далее поиски ориентируются на социально значимые задачи (см. шаг 20). И базис всего этого находится на уровне создания новых разновидностей нейронов и их систем.

        Пси-моделирование кардинальных эволюционных изменений своего генома показывает, что что это путешествие на границе со смертью: вместе с потрясающей новизной психофизического мировосприятия, опасностей возникает на порядки больше, а исправление ошибок пропорционально сложнее. Это путешествие на границе со смертью. Недаром биологическая эволюция следовала методом клонирования генома и метаморфоз у относительно простых организмов (растений, насекомых, земноводных), а у млекопитающихся уже скрещиванием, но никогда не осуществляла возвратные циклические модернизации в рамках жизни одного организма. Подобное может заинтересовать только самосознающего индивидуума. Даже современные генетические технологии наиболее эффективны при вмешательстве в геном на этапе зиготы, а, вот, лечение генетических заболеваний взрослой особи даёт пока что слабые результаты. Перспективная волновая генетика П. Гаряева с применением лазерной передачи информации тоже, увы, не блещет лечебными эффектами(не превышающими результативность внушения и плацебо). Дело в том, что выделенная ДНК или клетка реагируют на порядки лучше, чем защищенная от слабых воздействий система многоклеточного организма. Так что целенаправленные биогенетические трансмутации для нашего уровня сознания – это психотехнологии, увы, далекого будущего, а на нынешнем этапе подобное возможно только для уникального таланта и судьбоносного случая.//

  

        

        Работу нашего организма упрощенно можно сравнить с механическими часами: пружинка жизни, заведенная на этапе эмбриона, медленно раскручивается. Точнее, как только в результате оплодотворения синтез и дозревание генома завершается, его программа начинает разворачиваться, а теломера (концевой участок хромосом) отсчитывает количество оставшихся делений клеток. Геном движется к смерти – термодинамическому равновесию распада структуры, а механизмы саморегуляции замедляют этот процесс, чтобы жизнь имела длительность. (Более точным примером является колебательный контур, в котором возникает электродвижущая сила самоиндукции, всегда направленная против возрастания электрического или магнитного потоков.) Негэнтропийные процессы при созревании генома завершаются стартом энтропийных, однако, передают эстафету синтеза белковым наслоениям″ телесного бытия. Организм человека, особенно иммунная система и мозг, структурно усложняются ещё до 16 лет, а зоны, связанные с интеллектом и сознанием могут антиэнтропийно совершенствоваться хоть всю жизнь. Организм, достигнув половой зрелости, начинает стареть целиком, но наслоение психической реальности продолжает свое усложнение. В окончании жизни распад личности может быть согласован с распадом мозга и организма, хотя человек способен подойти к смерти биологической по-другому: создав для своего сознания новые эволюционные цели. Теперь представьте себе, что мы совершаем несколько челночных движений: дойдя до определенного возраста (слишком состарившись трудно уйти от притяжения смерти), омолаживаемся биологически на 10-20 лет, преимущественно, на нейронном уровне, что проявляется в способности к восприятию-продуцированию новой информации и идей. Обновляем жизненные цели и опять начинаем старение. Конечно, повторять такой трюк более трех раз бессмысленно, т.к. кардинального обновления без преобразования генома быть не может. Это лишь способ полнее исчерпать имеющиеся возможности. А тем, кто глубоко реализовал себя простое омоложение безынтересно. Однако противостояние болезням – задача удержания качества текущей жизни важна для всех.

        Восстановление организма от поломок требует периодического приложения усилий по его реставрации, регуляции и даже подкручиванию пружины завода. Наш организм реагирует на постоянно возникающие проблемы по принципу минимальной затраты энергии и времени: лишь бы сиюминутно сохранить жизнь – всё равно тело состарится и распадется, так зачем излишние усилия? Поэтому интегральная иммунная система латает ″дыры″ простейшей тканью, оставляя спайки, рубцы, до конца не восстановленные формы и ткани. Многое элементарно не замечает, а когда уже поздно (например, при раке), то просто максимально долго сопротивляется прогрессирующей болезни, автоматически исполняя свое назначение. Часто сохраняется динамическое равновесие в виде хронических болезней, когда процессы распада и сопротивления создают свой колебательный контур. Для того, чтобы перейти от привычного низкоэнергетического состояния постепенной сдачи позиций к аттрактору с притяжением к оптимальному состоянию нужно внешнее или условно внешнее воздействие, заставляющее глубоко подсознательный нейрогенетический механизм завершить ремонт качественно и обратить внимание на скрытые проблемы.

        Но, как с внешнего мета-уровня сознания (т.е. из обычного состояния) подать команду запуска саморегуляции (самопреобразований) в тело-уровень, т.е. во внутренние древнейшие структуры управления организмом? Мы знаем, что мета и тело уровни в замкнутой системе типа ″мозг″ взаимно вывернуты. Это выражается в нарушении их моно-целостности и обоюдной блокировкой части команд, идущих друг к другу. Сознание, преследуя свои макро-уровневые цели, часто игнорирует интересы организма, а тот гасит многие команды сознания, резонно не разрешая ему вмешиваться в свои глубинные процессы. И лишь когда перейдена грань нормального возбуждения проблемных зон, сознание узнает о болезнях тела, а оно реагирует на намерения человека. Чаще всего, интенсивные или длительные эмоции, через ретикулярную формацию и лимбическую систему пробиваются к центру древнего мозга (гипоталамусу), и он отвечает на них. Иногда системы зеркальных нейронов задают ему вектор перенастроек.

Надо понимать, что биохимическая память и нейрогенетический механизм саморегуляции организма, по крайней мере, в стандартном состоянии не ощущаем человеком. Это некое темное пространство относительно сознания, хотя визуализация научных знаний и отчасти психонавтика могут дать нам образ того, что мы не видим. Но у нас есть понимание: нейроны, будучи живыми существами, стремятся к наиболее безопасной позиции существования, где есть удовольствие и пища. Наша задача, манипулируя психофизическими настройками (прежде всего, концентрацией внимания и механизмом отождествления), вызвать желание у нейронов нашего сознания установить активные корреляционные связи с нейронами глубокого подсознания. Можно взглянуть на ситуацию чуть по-другому: мозг – это влажные сети нейрокомпьютера. И тогда его эффективность зависит от: мета-управления степенью спутанности-распутанности сети, качества энергоснабжения (кровоснабжением, числом глиальных клеток, обслуживающих нейроны), скорости передачи сигналов (миелонизация нейропутей) и объема передачи (размер нейронов и толщина отростков). Одной из главных задач становиться умение прокладывать новые нейропути, т.е. проблемы маршрутизации. Подробнее

http://blogerator.org/page/wetware-nootropy-dlja-razgona-mozga-1

http://blogerator.org/page/wetware-nootropy-dlja-razgona-mozga-dnevnik-programmista

 

Рис 1. Схема мозга.

 

        Общая схема данной практики описана в предыдущей части данного шага, а сейчас конкретизируем методику. Нам надо найти инструменты согласования команд между уровнями неокоры (сознания) и гипоталамо-гипофизарной системы (подсознания-бессознания). Опишу несколько психотехник, которые дают практикующему некую свободу действий. На данном шаге я проведу лишь подготовительные действия, рассматривая разные подходы и накапливая полезную информацию.

        Начнем с умения перемещать свое я-ощущение. Если мы хотим работать с нейросистемой, то, прежде всего, следует перейти от ощущения себя как полевой сущности к самоидентификации со своим мозгом. Затем углубимся в его внутреннее пространство. В нем имеется два основных блока: большие полушария с неокорой (неокортекс) и покрываемый ими древний мозг. Обычно психическая практика связана с повышением самосознания, а, значит, автоматическая концентрация была на поверхности мозга. Мы либо концентрировались на лобной и теменной поверхности, либо из них направляли внимание вниз, вглубь больших полушарий и ниже. Но в любом случае привязка делалась к поверхности больших полушарий, потому что нам нужен был доступ к логическому мышлению и отчасти к вербализации его. Теперь же надо ″зайти″ в головной мозг со стороны спинного мозга и оказаться внутри древних структур. Процесс очень напоминает поднятие кундалини в йоге. Выполнение такой психонавтики понятно: если вы лежите на спине, то, например, положите ладонь/ладони (или пальцы, взятые в замок) под голову на нижне-затылочную зону. Глаза направляем вверх в диапазоне направлений между лбом и теменем, а я-ощущение опускаем максимально вниз, в ствол мозга. Затем, начиная от копчика, подымаем волну удовольствия вдоль (точнее внутри) позвоночника вверх, извлекая приятные ощущения за счет микронапряжений мышц, лежащих вдоль него (а начинается всё со связанных с половой сферой едва заметных микронапряжений кольцевой мышцы заднего прохода и ягодичных мышц. Именно такое сдавливание нервных окончаний и воздействие на них мышечного серотонина вызывает у них/нас удовольствие). Подымаясь вниманием выше по позвоночнику, особо отмечаем область надпочечников, т.к. малые количества адреналина стимулируют другие гормоны, напрямую связанные с удовольствием. В конце концов, создаем волну удовольствия, проникая внутрь ствола мозга, и отождествляемся с его внутренним пространством.

Рис 2. Схема идентификации зон мозга при проекции на внешнюю поверхность черепа.

        
Вообще говоря, к древнему мозгу можно отнести целую группу структур: ствол, мозжечок, средний мозг, гипоталамо-гипофизарную систему (всю лимбическую систему), эпифиз и гиппокамп. Заметьте, что все отделы мозга прямо или опосредованно связаны между собою (например, лимбическая система имеет свое представительство в медиальных отделах коры и проявляется в виде эмоций и внутри-телесных ощущений). Поэтому руконаложение, помогающее фиксации я-ощущения, может быть таким: охват ладонями височных областей, а пальцы сводятся сзади головы на нижнезатылочной области и т.п.
        Центры первичных потребностей и безусловных рефлексов в ЦНС совпадают. Наиболее важные из них локализованы в гипоталамусе. В гипоталамусе сходятся пути интерорецептивной (сердечный ритм, содержание глюкозы в плазме крови, температура тела, уровень гормонов) и экстеререцептивной информации (зрительные, слуховые, обонятельные, тактильные, болевые сигналы). На основе этой информации ядра гипоталамуса управляют вегетативной сферой организма, обеспечивая гомеостаз. Гипоталамус образует с гипофизом единый функциональный комплекс, в котором первый играет регулирующую, второй — эффекторную (исполняющую) роль. Подробнее рекомендую Википедию, а также популярную статью доктора медицины В.В. Гонгальского https://www.gongalsky.com.ua/zabolevaniya-nervnoj-sistemy/gipotalamus-cheloveka и заболевания гипоталамуса http://www.rusmedserver.ru/razdel26/20.html.
        При удовлетворении, например, голода, информация об этом приходит не только в специализированный центр насыщения, но и в медиальную (серединную) часть бугра гипоталамуса - центр положительного подкрепления. Если сигналы об удовлетворении потребности отсутствуют, то возбуждаются нейроны центра отрицательного подкрепления, лежащего в серединной зоне заднего гипоталамуса.
        Активность центра положительного подкрепления мы ощущаем как положительные эмоции, а активность центра отрицательного подкрепления - как отрицательные. В кору больших полушарий
информация из этих центров идет по нейронам, медиаторами в которых являются биогенные амины: норадреналин, дофамин, серотонин.
        Каким же образом происходит выбор доминирующей мотивации, которая является главной на данный момент и должна определить выбор поведенческой программы? Материальным субстратом этого важнейшего процесса являются лимбические структуры древней коры, а ведущую роль в выборе доминанты играет миндалевидный комплекс.
        Системность работы мозга заключается в том, что при сложных процессах задействованы почти все его отделы. В этом и состоит сложность управления им. (см. Н.А и А.А. Каменские ″Основы нейробиологии″//

В результате можно научиться концентрации я-ощущения, согласованного с древним мозгом. Это состояние близкое к ранне-детскому, когда мир воспринимался не преломляясь сквозь призму знаний и мышления, а лишь интуитивно и синестезийно-ощущенчески. Очень близко к состоянию невысокоразвитых животных. Вместе с активной часто повторяющейся концентрацией внимания в выделенной зоне мозга автоматически расширяются и ветвятся кровеносные сосуды, обеспечивая дополнительное питание.

Рис 3. Нейроны и глиальные клетки.

Вокруг них постепенно группируются ганглии и нейроны. Смещение внутреннего зрения в эту область повышает дифференциацию проективной зоны древнего мозга в коре и новой коре (неокортексе) в соответствии с намерениями по саморегуляции, созданном в самом начале данной практики. Пластичность нейронов (в частности синаптическая пластичность), в смысле их способности отражать в своей структуре и функционировании особенности осознанных намерений, обеспечивает рост числа соответствующих заданию рецепторов и новых синапсов, экспрессию ген, синтез новых белков, рост и ветвление аксонов.

Удовольствие говорит о безопасности. В целом, мы заставляем выделиться некие эндогенные психоделики, которые, как известно, усиливают нейрогенез, уплотняют нейроны (их связность), перевязывают отдаленные области мозга (аксоны могут, ветвясь по всему мозгу, достигать метровой длины). Данная практика имеет накопительное действие: для развития новых нейросхем нужно время, настойчивость и терпение. Так, для полного созревания нового нейрона из стволовой клетки (нейробласта) взрослого человека требуется до полутора месяца. (Сравните: новая схема нейросети устанавливается за минуты, задействуя тысячи синапсов, но без закрепления опыта в течение трех недель уже половина связей распадается.)

 В тоже время, существуют условия очень быстрого установления нужных связей-рефлексов. Это, когда выращивать новые нейроны нет необходимости, а достаточно лишь создать новые контакты между недалеко расположенными нейроклетками. То есть им надо вырастить новые отростки или просто перегруппировать имеющиеся, переключив контакты к иным рецепторам. Иногда подобное дает удивительные результаты, которые мы наблюдаем как умения или исцеления человека в результате одноразового внушения/гипноза. Механизм понятен: сознание, погруженное в состояние глубокой неопределенности собственного мнения (личностной и телесной самоидентификаций, дезинтеграции оценок и способности планирования команд, и т.п.), обретает пластичность и готовность выстроить/принять любую заданную ему условно внешним воздействием субъективную реальность. Неопределенность (иногда интерпретируемая как пустота) не создает сопротивления разворачивающемуся в ней вектору намерения.

В случае внушения со стороны другого человека, он выполняет функцию мета-управления процессом. А подвергающийся внушению временно утрачивает собственный мета-контроль, но благодаря этому он последовательно входит в крайние позиции возбуждения и торможения мозга. При самовнушении мы должны заранее в длительном сосредоточении создать команду себе, а лишь затем, сохранив фоновую память о ней, перейти к дезинтеграции своей психики и перераспределению зон активности мозга/психики. Поскольку нам приходиться сохранять мета-контроль над процессом переходов между состояниями управляющего и исполняющего, то и войти в них с глубиной, аналогичной при внешнем воздействии, довольно проблематично. Всё равно, в крайних позициях придется утрачивать мета-контроль, ради усиления самовоздействия, возвращая его по заранее внушенным себе критериям: по времени или по признаку. Замечу, что современные исследования (например,  https://www.vesti.ru/doc.html?id=2782008) показывают, что при гипнотических, самовнушенческих, психоделических и т.п. трансах тормозятся и активизируются, практически, одни и те же зоны мозга, хотя имеются тонкие отличия.   

        Как точнее настроиться на древний мозг? Наше сознание, будучи полевым по природе, способно согласоваться с неощущаемым подсознанием на соответствующем уровне. Незримые колонии нейронов имеют свое поле (электромагнитное, микрогравитационное и т.п.) в рамках общего поля мозга. Наша задача нащупать эту слабую частоту, конечно, в виде очень утонченных ощущений. Точно так же, как мозг ребенка учится управлять движениями конечностей или полувегетативными функциями: из всего хаоса сигналов подсознания он полусознательным-бессознательным опытным путем выделяет те, воздействие на которые дают обратную связь. Многие ощущения, приходящие в сознание от гипоталамуса нам хорошо известны – это жажда, давление, температура тела и т.п. А простейшие эмоции приходят из лимбической системы, частью которой является всё тот же гипоталамус. (Кстати, есть ещё более древний мозг, чем вышеуказанный: у людей в желудочно-кишечном тракте находятся миллионы нейронов. Они контролируют в нём движение мышц и ряд других процессов автономно от центральной нервной системы, хотя мы его физически ощущаем в солнечном сплетении и в виде простейших эмоций. Этот мозг эволюционно и в онтогенезе формируется раньше головного. Связан с глубочайшей биохимической интуицией и базовыми паттернами поведения. В целом, периферическая нервная система, по всей видимости, связана с мышлением телом, которое проявляется при психоделических погружениях и трансах в стиле трипов.)

        В целом данная методика такова: при помощи отождествления с мозговыми структурами мы усиливаем интегративные тенденции между сознанием и подсознанием, а при помощи повышения чувствительности стараемся дифференцировать поток восприятия на составляющие компоненты. После медитационной концентрации на программе и цели практики начинаем торможение лобной и височно-теменной областей с выходом в чистое самосознание, непривязанное к текущей личности и телу. Максимально возможное отключение обычной личности необходимо, поскольку на опыте известно, как мощно она блокирует часть психических возможностей. Затем заходим в мозг со стороны ствола и пытаемся согласовать эту зону с остальным сознанием при помощи целевого ощущения-намерения. Механизм согласования прост. Известно, что при нежных прикосновениях и обнимании родного и любимого человека (а также животного и растения, скажем, дерева с прижатием к нему головой) массово выделяется нейромедиатор окситоцин, сопровождаемый чувством доверия и вызывающий эффект саморегуляции психики и организма. Так вот, при переносе внимания на новую область мозга момент соприкосновения с нею имеет ту же природу. И если вы расцениваете объятия внимания как самоузнавание, например, с ″сознанием″ и телом древнего мозга, то испытаете аналогичные чувства. Всё от чего вы можете отделиться, затем можно встретить, узнать, прикоснуться или обнять. Из самосознания отделенного абсолютного мета-уровня можно выйти и ″обнять″ вниманием и ощущением, как свое тело, так и свою личность как старых друзей. (Характерное идеомоторное движение глаз к переносице с ″прижиманием″ друг к другу. Энергетическое поглаживание или ощупывание, подобно бесконтактному массажу, образа органа чувствительной областью луча внимания.) Рекомендуется также разговаривать с органом, убеждая его в своих планах, – это, конечно, разговор с подсознанием и регуляторная работа со своими настройками и эмоциями, но создающая богатство биохимии. Аналогично, прикосновение к вам авторитетного, наделенного властью человека, например, таинственного гипнотизера, вызовет чувство приятного подчинения его воле и спусковым механизмом для трансовых и психосоматических процессов. Значит, объятия бывают разными. Опять же всё зависит от настройки.

        Обратите внимание, что состояния экстатического просветления всегда связны с торможением лобных и височно-теменных областей. Аналогично, в данном случае, пик экстаза приводит к торможению височной (проекции гиппокампа и гипоталамуса) и нижнезатылочной области, что означает рассогласование текущего состояния организма и податливость его намерению, т.е. переходу к целевому состоянию. Конечно, настроечные образы мозга, нейросети, внутриклеточного строения нейронов и даже ДНК психонавту приходится создать, изучив соответствующую научную литературу. Сами по себе эти образы не гарантируют связи с желаемыми областями, но помогают настроиться. Если согласовать стереоскопический образ внутреннего строения и функционирования интересующих вас зон организма со своими текущими состояниями, то познаете много новых аспектов своей жизнедеятельности. (По крайней мере, мне было очень интересно и поучительно наблюдать и идентифицировать разные механизмы себя телесного, проявляющиеся прямо в быту. Специфику же стереоскопичных образов я познал в снах, которые были удивительно выпуклыми, наследуя инерцию триповых погружений. Но, в принципе, надо ориентироваться просто на трехмерный образ.) А при сверхглубокой психонавтике можно наблюдать эти структуры ещё реальнее, но такая способность есть результат настойчивой практики и определенного таланта. Напомню, что при трипах и трансах в стиле трипов мозг переходит в режим мышления, задействующим зоны, отвечающие за тело, т.е. мы мыслим своим организмом, точнее, его виртуальной копией в мозге и лишь отчасти периферийной системой нейронов и самим соматическим телом. К сожалению (или к счастью), опыт показывает, что трансовое и триповое телесное мышление неглубоко зацепляет механизмы управления организмом. Для реализации таких мысле-образов нужны реально построенные дополнительные нейропути.

        Следует различать две, дополняющие друг друга, формы отождествления с древним мозгом. Внешнюю, когда мы из него смотрим во внешний мир, и внутреннюю, когда восприятие замкнулось на внутри-телесном мире. Взору открывается удивительная картина иерархической реальности: функциональных систем, отдельных органов, клеточного и субклеточного миров, жизни генома, химических потоков и процессов. Всё это в непрерывном движении и реакциях. И мы создаем проекцию этого мира в своем сознании, обучаясь мыслить биохимически и биокомпьютерно. Выводим происходящее на свой ″3д-экран″ (частично растворяемся в нем, как в части себя) и стараемся привязать видения к своим телесным ощущениям. Кстати, с такой позиции восприятия мысли, чувства и осознания вполне физичны, а не психичны.

        Рассмотрим, как осуществляется перевод между языками нейросетей и сознания. Нейросети постоянно возбуждаются и тормозятся. Но лишь достаточно сильная активность или пассивность порождает состояние мозга, излучение которого попадает в поле восприятия человека и становится ощущением, подымаясь из глубин мозга к нижним слоям неокоры (нейроны полушарий располагаются колонками, чем выше, тем интегративнее их функция). Далее интуитивное ощущение уже на уровне мысли (включаются верхние слои 2-3 миллиметровой новой коры – всего шесть слоев нейронов) распознается и анализируется на предмет смысловых связей с другими ощущениями. А очень сильное возбуждение/торможение нейронов заставляет личность временно отождествиться с переживанием. Вовлекает и частично растворяет наше Я в потоке пси-событий.

        Мы не можем напрямую что-либо пояснить своему мозгу: нужен посредник между двумя полюсами себя. Для прояснения понимания того, что же нам надо, будет небезынтересной попытка  посредством отождествления с древним мозгом выделить в себе вложенное самосознание ″Я- древний мозг″, способное его ″глазами″ видеть собственный организм. И тогда такое самосознание на языке понятном древним структурам и формам нейронов (в гипоталамусе нейроны одновременно и железы), вероятно, сможет ″внушать″ необходимость и неотвратимость саморегуляции. Поясняя ещё более глубокому слою подсознания план капитального ремонта: довести до конца начатые ремонтные работы организма, почистить его от молекулярного мусора и подкрутить пружину генома. Следует понимать, что связи между высшими и низшими (точнее, поверхностными и глубокими) слоями мозга уже существуют как в виде их собственных нейронных контактов, так и в виде восходящих и нисходящих активирующе-тормозящих путей ретикулярной формации. Наша задача лишь в выделении-активации имеющихся специализированных путей и дополнении их новыми линиями нейронных связей. Тонизация и торможение некоторых зон мозга вообще не проблема даже для начинающего. И ещё отмечу, что ядра зрительного бугра постоянно задействованы в ретикулярной системе, подтверждая особую эффективность отслеживания микронапряжений мышц глаз и всего связанного с ними.

        Для передачи команды от поля сознания к определенной нейросети, ему надо создать намерение и перейти с языка мысле-слов, кои древние биологически-ориентированные формы полусознания, принадлежащие древнему мозгу, не понимают, на язык намерений, использующих образы, эмоции, телесные ощущения. Выделить гормоны удовольствия, дабы вызвать гибкость в затвердевших нейронных схемах, а некоторые ″морально устаревшие″ нейроны даже убить. И опять же создать всплеск осознания, способный преодолеть энергетический барьер, точнее, инертность нейросетей. Причем важно, что, как правило, нужен один единственный сильный всплеск, выводящий нужную нейроцепочку из ″рецессивного″ в ″доминантное″ состояние, т.е. создать рефлекторную дугу или кольцо. Если же такой цепочки ещё нет, то определенные нейроны, приняв возбуждение и информационное содержание, начнут искать нейрохимические пути его реализации.

        Вообще говоря, мы, люди, фрактально повторяем в своей жизни поведение нейронов, точнее общие принципы. Под действием морфогенов (паттерна активности базового генома) нейробласты начинают выходить из ″детского возраста″ и специализируются. Нейрогены заставляют чувствительные нейроны нащупывать своими отростками путь, в котором они смогут реализовать свою программу. Такие нейроны ищут своими аксонами двигательные нейроны, чтобы посредством них воплощать свои сигналы. А дендритами ведут поиск нейросоциальных связей, помогающих задаче самореализации. Часто сначала находят посредников –  интернейроны, которые вставляются между чувствительными и двигательными, выполняя функцию анализа команды и решения: какому именно нейрону поручить действо. Люди повторяют эту схему. Их гонят гены, духовные, социальные и биологические настройки. Люди размышляют и ищут пути реализации своих замыслов, подключают единомышленников.   

Рис 4. Хромосома под микроскопом

 

        Для того чтобы постичь, насколько сложно реализовать намерения, читателю следует представить, что такое наш организм. В ядре клетки 23 пары хромосом, которые, будучи разделенными межгенным регуляторным пространством, составляют сеть взаимодействия между собою. Хромосомы в общей сложности содержат приблизительно 3 миллиарда пар оснований нуклеотидов ДНК, образующих 20000—25000 генов. Кроме кодирующих белки (эти белки могут состоять из сотен аминокислот) генов человеческий геном содержит тысячи РНК-генов. Все эти молекулы находятся в постоянном движении, взаимодействии и структурном перестраивании. Они меняют свою длину, пространственное положение атомов. А те также откликаются состояниями своих электронов. Подробнее любой учебник по общей генетике, а также рекомендую Л.Т. Корочкин, А.Т. Михайлов ″Введение в нейрогенетику″

Рис 5. Органеллы клетки 


        В каждой клетке содержится вышеуказанный набор ген и огромное число прочих субклеточных структур. Если заглянуть во внутренний мир животной клетки, то будете потрясены его сложностью и согласованностью действий ее разнообразных органелл. Это фабрика, в которой работают молекулярные нано-роботы, копирующие, синтезирующие/демонтирующие и транспортирующие по разным субклеточным адресам массу разных веществ. В каждой клетке происходит примерно 100 тысяч химических процессов в секунду. Тело человека образовано клетками различных типов, организующихся в ткани, формирующие органы. Тело взрослого человека образуют около 50 триллионов разновидовых клеток. Из них более восьмидесяти пяти миллиардов нейронов, а в мозге человека около 14 миллиардов. Нейроны формируют биологические нейронные сетиПриблизительно за месяц мозг почти полностью обновляет свой  молекулярный состав, избавляясь от отработанных носителей информации. (С разной скоростью обновляются почти все клетки и, в целом, сквозь нас проходит поток химии, сохраняющий мало измененными структуру и функционирование нашего организма, но на основе совсем других клеток, молекул и атомов, чем ранее.) Нейроны формируют биологические нейронные сети. Кроме того, мы носим в своем теле и на его поверхности два-три килограмма микроорганизмов (агрессивных, нейтральных, симбиотических), количество которых в несколько раз превышает число наших собственных клеток. Подробнее рекомендую https://chrdk.ru/tech/emc

Рис 6. Нейрон под микроскопом


Один нейрон может иметь несколько десятков тысяч синапсов. Общее число синапсов достигает многих тысяч миллиардов (у ребенка их сотни триллионов), часть из которых находится в динамике. В принципе, я рекомендую читателю изучить популярную литературу по устройству человеческого тела и особенно мозга. Затем синтезировать знания в воображении. И не просто представлять, а частично отождествляться с ″увиденным″. А далее, следует в обычной жизни более-менее отследить, как все это работает в себе, т.е. распознать активность и алгоритм функционирования отделов мозга. Эта практика в значительной мере повышает осознанность своей телесности, является интересным и полезным опытом. Мы создаем карту и накладываем её на внутри-телесную реальность, чтобы затем посредством привязок корректировать пси-био-процессы. В упрощенном виде подобный метод используется в йогическо-буддийской практике випассаны.

        Имеются также сложные физиологические отношения между структурными элементами организма, т.е. на уровне органов и систем. На высшем уровне добавляется психика и сознание, выставляющие новые мета-уровневые требования к функционированию организма. Происходят разнообразные события вовне тела, которые прямо или косвенно создают неожиданные вмешательства в работу организма. Вся эта многоуровневая система, опутана обратными связями. И как в таких условиях мозгу удается контролировать жизнеспособность человека даже трудно сказать. Понятно, что накапливаются ошибки, сбои, недоделки, утомление. Но где-то в метагенах и специфических нейросетях древнего мозга содержится информация об идеальном функционировании нашего организма, как если бы ему дали все необходимые питательные вещества, не атаковали вирусы, не было бы сильных стрессов, не дергали бы со стороны человеческой личности. Точнее, в квантовом гало генома прописан диапазон потенциально возможных его собственных состояний (фазовое пространство), а нам надо периодически суметь указать на то из них, которое сознанию предпочтительно.

        Большая часть мозговых структур и геном эволюционировали относительно задач приспособления во внешнем мире. Во времена перемен выживали те виды, чьи программы поведения и генетическая информация были способны совершить изменения, часть из которых оказывалась полезной. Человек, особенно последние двести лет, вместе с научно-техническим прогрессом (и его разнообразными последствиями) оказался в зоне быстрых изменений химического состава среды и, особенно, резко возрастающих стрессовых и информационно-логических нагрузок на нервную систему. Естественно, что требуется усиление способности по целенаправленной само модернизации. Уже сейчас целые корпорации работают над поиском путей извлечения из мозга и организма скрытого потенциала. И на это есть огромный спрос во всем мире. Одни хотят сделать открытия ради успешной карьеры и повышения социального статуса, другие тешат самолюбие, представляя себя суперменами.   

        Нейросеть древнего мозга, которая управляет жизнеспособностью организма, работает в функциональных корреляциях со своим генетическим аппаратом. По-видимому, это происходит в системе трех главных нейрожелёз мозга. А мета-гены корректируют работу тело-генов. Ясно, что запуск саморегуляции (как и эволюционной трансформации) происходит посредством мета-ген. Значит, с уровня настройки на отделы мозга следует переходить к нейросетевому устройству, а далее спускаться на уровень генома. Хотя восприятие генома есть допороговая зона нашей чувствительности, но его образ мы можем создать на базе научных знаний, а ощущенческий аспект проявляется уже на уровне белковой специфичности своего организма  и особенностей врожденной духовной настроенности (интроверт/экстраверт). В ходе медитационного самоуглубления в собственное предназначение мы работаем с полевой ″турбиной″ (см. шаг 13), которая напрямую связана с квантовым гало нашего ДНК. Вероятно, это ключ к воздействию на него со стороны сознания.

Справка 1. По достижении определенного уровня сложности многоклеточной организации изменения на генетически фундаментальном уровне становятся очень сложными и опасными, так как принципиально другая структура генов, обычно фатальна. Поэтому самый «легкий» путь к эволюционным изменениям — контроль экспрессии существующих генов, осуществляющийся путем небольших модификаций в регуляторных генах. Регуляторные гены творят свое волшебство в ходе онтогенеза… Геном, биохимия и инстинкты не менее, чем на 50% предопределяют особенности поведения человека, его характер. Большинство черт его личности формируются в результате адаптации к жизни в социуме. А значит, личность может быть переформатирована пропорционально глубине трансформирующего воздействия. Такая перепланировка способна существенно повлиять на особенности функционирования мозга и перераспределения активности ген.

Следует помнить, что процесс естественного психологического и биологического отбора направлен не на получение идеальных организмов или систем. Естественный отбор ориентирован на сохранение физиологических и поведенческих черт, которые позволяют индивидуальным организмам прожить достаточно долго, чтобы оставить жизнеспособное потомство.  

Подробнее рекомендую книгу Джека и Линда Палмер ″Эволюционная психология. Секреты поведения Homo Sapiens″//

         В принципе, практика с организмом напоминает искусство игры на органе. Управление мозгом есть умение создавать разнообразные картины (мозаики) возбужденных и заторможенных зон (в идеале конкретных нейросетей и даже паттернов генома) мозга с регулируемой площадью плоскости и глубиной охватываемой зоны. Возбуждение (тонизация нейронов) стимулирует активная концентрация я-ощущения в избранной зоне, а торможение связано с пассивным наблюдением и максимальным отстранением от нее. Но можно привязать торможение к сновидной релаксации и закрыванию глаз, а возбуждение к открыванию их и команде на пробуждение. Играют свою роль и другие привязки: расслабление или напряжение мышц проекционных зон мозга на поверхность головы (кожно-мышечная проекция). Освоить такое умение следует по аналогии с овладением обычной аутотренинговой релаксацией. Вначале, как вспоминается мне, вызвать тяжесть в теле или невесомость тоже было довольно трудно, а сейчас для меня это элементарно. Понятно, что детальность познаний в анатомии и признаков идентификации интересуемых зон играет в такой практике большое значение.

        Вся методика очень похожа и может быть согласована с методикой управления личностью при помощи режимов работы пси-центров в рамках компьютерной модели (см. шаг 22.2). Понятно, что овладеть таким управлением гораздо проще, если имеется посредник в виде шлема, считывающего электрическую карту мозга с выводом на экран образа, и всё это под управлением компьютера с ИИ. 

Замечание 1. Интересно, наблюдаемо ли будет психическое влияние на состояние своего ДНК, если его состояние визуализировать на мониторе в виде 3d виртуальной реальности? Доктор П. Гаряев и некоторые другие авторы в своих разработках квантовой генетики утверждает, что это так, если наш поток внимания будет когерентным, т.е. согласованным, подобно лучу лазера. Такое достижимо в гипнотических и самогипнотических состояниях. Кстати, на эмоциональные всплески именно в них, а не на обычные эмоции, растения реагируют изменением своего электрокожного сопротивления. (подробнее в книге А.П. Дубова и В.Н. Пушкина ″Парапсихология″) В этом плане поучительна ситуации со связью между нейронами: мы управляем движениями нашего тела с помощью намерений, которые перекодируются нейронами в биохимические команды, а затем передаются по нейрокабельной сети. (В разных отделах мозга вид клеток, биохимия и структура сетей разная, поэтому перекодировки пси-команд могут быть неоднократными.) Если мы где-то перережем канал, то нейроны будут искать обходной путь. Но если такового нет, то возникает необходимость восстановления или выращивания новой связи. Поле нашего сознания/психики крайне слабое, чтобы передавать обычный сигнал беспроводным способом или нейроны не столь развиты, чтобы принять его, как это делают между собой роутер и компьютер. Однако нейроны и нейроволокно всё же реагируют на наши команды, что позволяет ускорить процесс восстановления сети (при больших разрывах обычное сознание оказывается бессильным), но не могут принять бескабельные сигналы полноценно. Сейчас уже разработаны нейрочипы, способные усилить пси-команды и передать их беспроводно. Нас же интересуют скрытые возможности сознания.//  

        Но сами по себе торможения/активации зон бесполезны, если заранее не созданы намерения с планом действий в этих состояниях и после них. Например, проход через трип, который есть химическая игра на клавиатуре мозга, сам по себе ничего не дает человеку, кроме необычных ощущений, и лишь специфически мировоззренчески настроенным людям ″дарует″ просветление и важные изменения в работе нейросетей. Аналогично, ноотропы (и многие другие препараты улучшающие работу мозга) сами по себе бесполезны для развития мозга, а создают лишь как благоприятный нейробилогический фон для активных усилий самого субъекта.

        Важным моментом практики является базовое психофизическое самосогласование мозга. Этого отчасти можно достичь, если прийти к ощущению его самовложенности. Поясню. В ходе индивидуального развития мозг формируется путем наслоения вовне, зеркально симметрично с ростом самосознания, вкладывающегося внутрь своего пси-поля. В результате новая кора, отвечающая за сознание, оказывается самым внешним слоем мозга, а древний мозг теперь видится как вложение в кору (большие полушария). Если мы ″смотрим″ на свой мозг, привязывая себя к неокоре, то он воспринимается как внешняя плоть, а при отождествлении с древним мозгом, мы оказываемся внутри него. Эти отношения хорошо демонстрирует известный символ восточных боевых искусств, когда кулак покрывают ладонью. Или образ плотной многослойной луковицы с корнем-туловищем. Если, будучи отождествленным с мозгом в целом, выходим на мета-ощущение вложенности его древней части в конечный мозг (большие полушария), т.е. мета-единства двух его составляющих, то чувство самосогласованности будет четким и на нем можно проводить усиливающие его медитации. Обязательным элементом самовоздействия является всплеск чувства доверия к своим решениям (намерениям) и к потенциальным возможностям прошедшего миллионы лет эволюции собственного организма. Психо-химия доверия – это то, что снижает самосопротивление и открывает путь реализации команд. (Хотя бывает, что организм не желает оправдывать, оказанного ему высокого доверия.) 

    Вспоминая уроки трип-погружений, я выделяю основные переживания потенциала своих возможностей, скрытых именно в самосогласовании и целостности собственного бытия. В ходе отождествления с мозгом задача эзотерика повысить его плотность и связность. (Вероятно, в определенных областях растет и число нейронов с аутоконтактом.) Это удается вместе с ростом ощущения физической его самовложенности. Данное чувство стимулирует переживание удовольствия от того, что ты сам подвластен себе. Возникает сознание возможностей внутреннего переконструирования себя и перспектив удивительных игр-путешествий. Мировоззренческая перестройка со сменой отношения к своему телу и мозгу – важная составляющая данной практики.

 

        Итак, обрисуем ситуацию в целом. Имеем командную зону в лобных долях, разделенную (у правшей, у левшей асимметрия меньшая) на левую логическую и правую образные центры, содержащие намерение на саморегуляцию и образ идеально здорового тела. Левое и правое согласуются в зоне моста, соединяющего полушария. Осознанные намерения нам следует гармонизировать с эмоциональным центром – позитивным всплеском эмоций, создаваемом на фоне физического удовольствия, наиболее близкого к автономной вегетативной системе мозга. Её управление возглавляется гипоталамусом – нейрогуморальным органом размером с ноготь взрослого человека. В этом органе, по-видимому, происходит интегральная сверка и реализация генома организма, коррелирующая с состоянием психики. То есть необходимо согласование намерений с состоянием своего ДНК, что вполне реально, исходя из того, что мы ощущаем его проявления в виде своей биохимической специфичности и духовной направленности.

Замечание 2. ДНК можно расценивать как свернутое измерение, содержащее потенциал организма. Этот потенциал пребывает в каждой его точке (минимальном кванте), т.е. в клетке. Точно так же, как духовный ген (записанный во внутренних координатах квантового гало-ауры вокруг ДНК) проявляется в каждом нашем психологическом действии. Задача состоит в установлении и регуляции силы обратной связи между проявленным сознанием и его пси-потенциалом, между геномом и организмом и между ними и сознанием. То есть связи между потенциалами и актуалами разных уровней иерархий.

Кстати, ранее мы проводили аналогии между ″инстинктами″ нейронов и человека. Есть фракталоподобие и с поведением генома. Разница лишь в том, что он, будучи объектом условно потенциального мира, ищет свой путь бытия, в основном, не по отдельным линиям, а целыми диапазонами. Внутренние полевые объекты вели бы поиск пути, определяемый амплитудой непрерывной волны возможных событий, а ДНК – объект дискретного мира, поэтому работает в ″целочисленных″ диапазонах и в линейном однонаправленном времени. Мета-гены борются за видовое или групповое выживание, обеспечивая активизацию стратегии альтруистического самопожертвования одних особей ради выживания других, как у людей, так и почти во всех животных сообществах. Но, поскольку выживание требует ещё и эволюции, то внутривидовое соперничество (войны) и взаимопомощь составляют диапазон проявления мета-геновых алгоритмов.  

Качество конкретного генома и фенотип организма, пока они не реализовались, довольно неопределенны. Возможны скрытые внутригенные противоречия (не жизнеспособные генетические сочетания) и не приспосабливаемость в конкретных условиях. Геном человека ветвится (дифференцируется по паттернам активных ген) в каждом новом функциональном слое клеток. Ветвится и в поколениях людей, образуя генеалогические деревья (а нейроны, напомню, не делятся). В геноме имеются метагены, эволюция которых способна расширить потенциал проявлений за видовые рамки. По моему мнению, гены в геноме не пассивные химические коды, а ″полуживые″ существа, которые полуавтоматически борются (для чего объединяются в группы) между собою за право быть доминантными и чтобы регуляторные гены запустили именно их репликацию (размножение) и транскрипцию (копирование) в белки. Этот коррелирует с доказанным учеными фактом, что люди интуитивно умеют по психобиологическим чертам распознавать других с подобными себе геномами, что проявляется в симпатии или антипатии в зависимости от отношения к себе.

Человек, аналогично, по возможности, старается параллельно искать себя сразу в нескольких направлениях. И некоторые из них могут открыть двери в совершенно неожиданные пути самореализации, далеко выходящие за начальные настройки индивидуума. Тем более, это поле расширяется в поколениях его биологическими и/или духовными детьми.//  

        Теперь вернемся к теме. Согласованность психического и физического мы можем наблюдать в состоянии оцепенения, которое каждый не раз испытывал. Взгляд замирает и смотрит как бы в никуда. Мысли и образы свернулись в некое нечеткое ощущение – это резко затормаживаются лобные и теменные зоны, при этом созданные ранее намерения могут исчезнуть (временно потеряться) или сохранятся в свернутом виде. По-сути, это состояние неопределенности по отношению ко многим идентификациям и настройкам. (Оно фрактально соответствует готовности мозга ребенка отражать любую встреченную реальность, или стволовой клетки с ее невыраженным потенциалом) Например, если вы дезинтегрированы в пространстве и времени, значит, торможение охватило и гиппокамп под височной долей, или, как минимум, заблокировало восприятие сигналов от него. Мы можем запомнить пси-точку оцепенения, чтобы вызывать его в нужный момент.

        Важно понимать, что увеличение амплитуды эмоций имеет свои пределы, т.к. наша психофизика самозамкнута. Даже если мы воспользуемся усилителями внешнего генезиса, то и они не могут интенсифицировать состояния до бесконечности – нейроны массово гибнут от перегрузки. Поэтому, когда мы движемся к максимально глубокому погружению целевого намерения в себя, то в окрестности состояния замирания сила команды автоматически падает. Но мы должны компенсировать это увеличением чувствительной настройки. Речь идет о расширение порога восприятия до микро-ощущений, не затрагивающих гладь не-мышления. Усиление связано с увеличением концентрации нейрогормонов (и нейромодуляторов, катализирующих или ингибирующих их действие, а также меняющих его специфичность) в синапсах, а чувствительность с обострением работы рецепторов постсинаптических (принимающих) нейронов. Фактически, эти две характеристики задают свой диапазон колебаний, требующий практического освоения.

Когда же мы достигаем позиции оцепенения, то она фрактально соответствует смертельному переходу от команды из условно несобственного состояния относительно нашего древнего мозга в собственное. В этом локальном тод-преобразовании осознаваемые формы биохимии (и поля) перекодируются в нейрогуморальные и нейрогенные. Если бы мы продолжили психонавтический вход в этот потусторонний для сознания мир, то увидели-ощутили бы как сеть нейронов полушарий, активно шевелясь, ищет путь по сетям, способным передать нужный сигнал гипоталамусу. Очень напоминает муравейник, в котором военные муравьи дают указание рабочим. (Кстати, общее число нейронов некоторых видов муравьев в большом муравейнике сравнимо с количеством нейронов мозга взрослого человека.) Полезно знать, что кроме подвижных нейронов, особенно связанных с процессом мышления, имеются и статические, обеспечивающие стабильный каркас работе мозга.

 Ещё обратите внимание на психофизические операции: команда спать, команды к мочепусканию и дефекации, команды разного рода самовнушения, обращенные к телу, а также команды движения конечностями, поставленные ″на автомат″. Всех их объединяет то, что после команды к себе внимание концентрируется в височной и нижне-затылочной зонах, т.е. в древнем мозге. Правда, при переходе от одной команды к другой можно заметить легкое смещение глаз к новой точке концентрации. Даже, когда активных команд более нет, но намерение-образ сохраняется, то я-ощущение в значительной мере растворяется в направленном намерениями потоке удовольствия, вызванного дофаминой стимуляцией рефлекторных связей при успешном осуществлении операции или предчувствии такового. Удовольствие обычно мало заметно, но зато оно резко проявляет себя, когда ″очень надо″. Начинает нарастать неприятное чувство и тогда, на контрасте, удовлетворение потребности себя проявит позитивным подкреплением.

        Так вот, наша команда на саморегуляцию имеет те же механизмы воплощения. Нужно ясное понимание цели и алгоритма, выразительный образ-ощущение (образ бывает статическим или динамическим, как если мы наблюдаем процесс выздоровления или омоложения) и максимальная активизация (тонизация бодрствования, сопровождающееся растущей ясностью сознания, повышением внимательности и давления). А после резкий (ради контрастности) переход в вышеописанное тормозное состояние в ранее активных зонах, и лишь сохраняется слабый мета-контроль над процессом. Можно указать на привязку к состоянию глаз: при тонизации, их мышцы напрягаются и обычно подают глаза вперед, а, релаксируя, мы заставляем их резко упасть на дно глазного яблока. В одном из вариантов, переход выполняем с резким возбуждением нижне-затылочной области. Тогда глаза устремляются к середине мозга, внутрь и вниз, создавая некоторое напряжение сдавливания между собою и далее распространяя возбуждение в нужную зону.

Можно использовать чуть другую психотехнику для передачи команды от сознания гипоталамусу. После ее формирования мы создаем недвижимый тяжелый взгляд, устремляющий наши намерения по направлению к гипоталамо-гипофизарной системе. Недвижимость взгляда обеспечивает состояние безмыслия (без макромыслей, хотя интуитивные микромысли могут присутствовать), а тяжесть соответствует начальной фазе релаксации мышц глаз, которая затем переходит в легкость и невесомость. (Можно предположить, что ощущение невесомости облегчает задачу передачи намерений организму подобно тому, как при отсутствии гравитации человек, при наличии опоры, может легко перенаправить движение даже огромных объектов.) Непрерывную монотонную неподвижность взора можно временно заменять дискретной, создавая серии коротких импульсов. Их можно привязать к легкому самосопротивлению в самом начале выдоха, или синхронизировать с ударами сердца и пульсацией в глазу. Каждый удар крови несколько расширяет зрачок, что можно усилить микротолчковым движением глазных яблок. В ещё более кардинальном варианте используется техника, хорошо известная в боевых искусствах, когда в выбранной области тела/мозга (обычно это солнечное сплетение, зона груди или ствола мозга) накапливается психофизическая энергия до состояния готовности к взрыву″, а затем резко выбрасывается в процесс осуществления задуманного движения. В бою подобное приводит к многократному ускорению. А в нашем случае, к всплеску мгновенной осознанности, превышающему обычные усилия и работающему на пробой изолированной зоны. То есть сначала энергия накапливается, затем мы устремляем команду вместе с взглядом, а исчерпав силы, падаем глазами в глубокую релаксацию и кратковременное забытье само-невосприятия.

Ещё одним важным моментом является хронодинамика. В момент обездвиживания взгляда и его отяжеления следует повышать внимательность к ощущениям в целевой зоне, что вызывает замедление течения пси-времени и повышение осознанности. Происходит остановка времени в текущем мгновении ″здесь и сейчас″. Когда же приходит расслабление и невесомость, то зрительную зону наполняет излучаемый нейронами свет и ощущается вечность. Суть всей этой техники в том, чтобы привязать исполнение команд саморегуляции к управлению полупроизвольными актами, чьи наивысшие центры регуляции находятся в гипоталамусе.

        У некоторых людей врожденные особенности строения мозга позволяют осуществить желаемое быстро, у других очень медленно, а у иных встречает огромное превосходящее их самосопротивление. Обратите внимание, что тонизация – сложный процесс выделения возбуждающих нейрогормонов из области ствола мозга и передачей их по ретикулярной формации на поверхность коры. И этот сложный процесс мы легко умеем осуществить самонастройкой. Аналогично, мы способны, не наблюдая химию процессов, заставить выделить серотонин из среднего мозга и моста, и погрузиться в предсонье или сон, а также выделить серотонин из эпифиза и возбудиться через экстаз и видения.

        Особо надо обратить внимание на колебания в диапазоне или преобразования по кругу состояний страдания и радости. Рассмотрим их общность и отличия. Человек испытывает страх в предчувствии того, что, вероятно, перед ним может открыться линия жизни, полная страдания. Ведь в потенциале Реальности имеется и такое ″блюдо″. Будущее в некоторой мере неопределенно, вызывая сомнения и неуверенность в том, что ты справишься с управлением судьбой. ″Нейрогормон стресса″ кортизол, вырабатываемый в стволе и мозжечке древнего (рептильного) мозга, заставляет надпочечную железу выбрасывать в кровь гормон ″адреналин″. В результате повышается давление, ускоряется сердцебиение и т.п. реакции. Активируется нервная система, мобилизуются энергетические ресурсы организма, перестраивается деятельность всех систем органов, и в целом, производится подготовка к деятельности в стрессовых условиях. При большом вбросе таких стимуляторов происходит рассогласование работы мозга во многих зонах, как мышления, так и вегетативных функциях гипоталамуса. 

Например, постоянный прием соды с водой создает щелочную среду, чем перевозбуждает раковые клетки, предпочитающие кислую среду, и они резко замедляют процесс деления (соответственно и внутреннее время), потому что в состоянии стресса у них исчезает желание размножаться.  http://mignews.com/news/health/030618_101121_28692.html

  И вообще, хронический стресс разрушает организм, а не стимулирует. В современном интенсивном мире стресс в избытке. Но физиологи идентифицировали тип личности, который относительно мало подвержен вредным стрессовым реакциям. Это тип стойких личностей, которые рассматривает стрессоры не в качестве угрозы или наказания, а скорее как вызов. Подобные люди обладают широким и позитивным взглядом на жизнь, принимая каждый стрессор как своего рода препятствие, которое надо преодолеть в игре под названием жизнь.//

        На максимуме возбуждения зона страха вызывает резкое торможение других зон, и человек часто оказывается психофизически парализован. Опять знакомая нам точка зависания (оцепенения). Значит, либо мы берем под контроль свои страхи, уменьшаем их амплитуду и выходим на всплеск агрессии, либо впадаем в глубоко тормозное безразличное к происходящему состояние. Оба варианта приводят к психофизическому обезболиванию, вызывая синтез эндогенных опиатов. А агрессия требует действия и выбора позитивного выхода из сложившейся ситуации. Создается установка ″я должен и смогу″. В случае успеха и даже его предчувствия мы испытываем радость и даже эйфорию. Присутствует вся палитра нейрогормонов, нейромедиаторов и гормонов, но все дело в их соотношении. Таким образом, хотя страх искусственно вызвать сложно, но зато значительно легче его производные в виде агрессии, гнева, недовольства, решительности-готовности и нетерпения по отношению к инертности самого себя, своей психики и нейросистемы – естественной накопительной плотины. И из этих эмоций можно создать энергетический потенциал (заряд) для реализации внутреннего блицкрига (ударного всплеска) в плане намерений. Увы, не только положительное, но и отрицательное подкрепление нужно нашей психофизике. Фактически, речь идет о преднамеренном состоянии аффекта, при котором мощные и, в нашем случае, направленные эмоции запускают организм и психику человека в суперрежиме. Аффект работает как хорошо мотивированная гипнотическая команда к себе, в ходе выполнения которой контролирующее самосознание сведено к минимуму.

        Замечу, что при повреждениях передних зон гипоталамуса возникают приступы ярости, тогда как при разрушении задних  — состояние апатии. Аналогично происходят прыжки давления и рывки в температуре тела, сопровождаясь ознобом и жаром. То, что при использовании психоделиков (при первом применении) кратковременно проявляются подобные симптомы, указывает на сбой и повторную настройку работы гипоталамуса.//


        Справка 2. Аффект – сильное и относительно кратковременное эмоциональное переживание, которое может сопровождаться резкими двигательными и внутренними психическими проявлениями.
        Также аффект понимается как особый вид эмоциональных явлений, которые отличаются большой силой и способностью подавлять, тормозить все остальные психические процессы, навязывая определенный тип реакции как психологической, так и соматической. Такие поведенческие реакции возникли эволюционным путем как способ «аварийного» разрешения проблемной ситуации. Важной функцией аффектов является накопление аффективного опыта (аффективных следов), который откладывается в бессознательном. В результате многократного повторения ситуации, вызывающей сильные переживания, происходит аккумуляция аффекта. В итоге, сам аффект у человека может возникнуть спонтанно или быть намеренно вызван через некоторое время без внешних провоцирующих факторов (аффективный взрыв). //

         Каждый вид нейронов имеет рецепторы, в большинстве случаев, на один тип медиатора, редко на два. Поэтому, скажем, серотониновые нейроны образуют свою сеть, отдельную от дофаминовых или кортизоловых, но между этими сетями есть пути передачи энергоинфомации. Например, имеются переходы между сильным половым удовольствием и сильной болью. Вообще, реакция организма на мощный негативный или позитивный всплеск очень подобна. Оба активизируют и тормозят одни и те же зоны мозга, вызывают расстройства в их работе, но при правильном намерении способны временно или постоянно сложить новую, часто более эффективную  нейросхему и вызвать всплеск сознания. Психотехнические привязки к страху и удовольствию также совпадают: тремор мышц, движения глаз и изменения размера зрачков, кожные ощущения, обнаружение точки замирания. А различия лишь в качестве ощущений. Например, при страхе холод и мурашки по коже, сосание в солнечном сплетении, смена жары-холода, прыжки давления и т.п. Кстати, намереваясь совершить психоделический трип, любой нормальных человек испытывает страх перед предстоящей неизвестностью и психологической болезненностью временного распада своей личности. Так вот, переход от страха и стресса к удовольствию и покою является ещё одним мощным инструментом повышения эффективности команды на саморегуляцию.

 

        Подведем итог. На данном шаге мы рассмотрели полное пространство психотехнических приемов, которые, будучи преобразованы в конкретные методики, способны привести человека к реализации желаемого психосоматического состояния. Кратко перечислим эти приемы:

1.                      Базовое перемещение между состояниями пси-потенциала и пси-актуала с проходом через пси-нейтрал в случае замкнутой траектории, а также перезарядкой с выворачиванием к себе, как к внешнему или внутреннему Богу. Если это перемещение связано с состояниями высших абстракций, например, при идентификации себя Богом, то, скорее всего, активизируются височно-теменные и лобные зоны неокоры мозга, поскольку именно они отвечают за наиболее интегративные представления. Но если мы эту же практику осуществляем с погружением в транс, то после активной медитационной настройки, возбуждающей указанные зоны, необходимо их резкое торможение, вызывающее распад стандартной самоидентификации.

2.                      Благодаря наложению воображаемой карты мозга и тела (почерпнутой из научных знаний) на пространство ощущений своего организма, а также идентификации разных их функциональных проявлений, мы способны в большей мере согласовать свое понимание-ощущения со структурой и динамикой жизнедеятельности внутри-телесной реальности, повысить ее осознание. Неощущаемые позиции областей мозга мы устанавливаем в пространстве головы  сначала воображением, а затем связуем их функциональное проявление (даже воображение функции вызовет их легкое ″идеомоторное″ возбуждение) с определенными состояниями глаз и мышц головы и тактильными ощущениями кожи в соответствующих им областях. Этим слабым ощущениям лучше всего заранее научится, наблюдая их поток на поверхности ладоней и кончиках пальцев (″любимое″ упражнение элементарной экстрасенсорики). А также освоить их проявление с помощью самовнушения.

3.                      Мы можем создавать различные последовательности и сочетания возбужденных и заторможенных крупных зон мозга. Большая детализация часто не имеет смысла из-за того, что интересующие нас центры, как правило, многослойны и разбросаны по разным областям. (Аналогично, психические проявления нелокальны, т.е. четко не привязаны к локализации в мозге. Мы изучали особенности психотехники с сознанием-личностью на шаге 22) Так вот, одна и та же настройка может быть подкреплена разными схемами активизации зон (пример см. в пункте 1).

4.                      Управлять состоянием практически не ощущаемых нейронных процессов нам помогают привязки к полупроизвольным актам: дыхание, сердцебиение, ощущение голода, дефекация и т.п., чьи центры находятся в непосредственной близости к общерегуляторным. А также привязки к проекционным зонам на поверхность кожи (ощущения ее легко поддаются самовнушению) и на произвольно управляемые нами мышцы. Речь идет об освоении мускульных микродвижений: микронапряжений, дрожаний. Особую роль играет освоение мускулатуры глаз. Здесь важно всё: направление зрения, степень напряжения/расслабления, особенности движений.

5.                      Не менее важно управление вниманием, степенью его сосредоточненности или деконцентрации, избирательностью. Следует помнить, что само по себе восприятие выбранной зоны не ведет к ее тонизации или релаксации. Мы одинаково сосредоточено можем наблюдать и за напряженной, и за расслабленной зоной. И чтобы, скажем, тонизировать зону надо подключить соответствующее намерение и акты, наводящие процесс. Например, специфическое дыхание с короткими задержками и легким самосопротивлением (страх, горе, радость, смех и прочие – любой эмоциональный комплекс имеет свой тип дыхания и, воспроизводя выбранный, можно стимулировать нужные эмоции), микросжатия глазных мышц к центру между ними или разведение в стороны. Микронапряжения других мышц. Важным приемом привлечения внимания является наложение рук на проекционную зону, поскольку наши ладони и пальцы представлены в мозге огромной областью. При утрате чувства границы с между кожными покровами рук и выделенной ими зоной, в психике происходит их слияние.

С помощью намерения (мысле-образов) и локальных микронапряжений мы способны стимулировать синтез разных гормонов. Выстраивать их в последовательность, привязывая к перемещению внимания по зонам, в которых создаются микронапряжения. Например, можем вызвать удовольствие в половой зоне мозга, одними лишь микронапряжениями в паховой области, можем активировать удовольствие или тревогу микродвижения спинных мышц в области надпочечеников, можем стимулировать выработку дофамина при подготовке к любому полупроизвольному акту (коим хорошо владеем) или серотонин через тремор в заднешейной области. А микронапряжения расположенных чуть глубже нёба мышц гортани, которые закрывают дыхательное горло, воздействуют на эпифиз, поскольку он происходит не из тканей мозга, а из тканей верхней части неба и поэтому имеет в него проекции.

 

Справка 3. Важно понимать, что одна и та же молекула может функционировать и как тормозящий агент (ингибитор), и как возбудитель. Это происходит потому, что существует небольшое количество нейромедиаторов (нейротрансмиттеров), но огромное множество их рецепторов на различных типах клеток. К примеру, ацетилхолин может действовать как возбудитель, когда он связывается с одним типом рецепторов, и как ингибитор, когда он связан с другим видом, даже если оба типа рецепторов находятся в той же самой клетке.

Коротко об основных нейромедиаторах, нейромодуляторах и гормонах, в том аспекте, что, управляя эмоциями и другими характеристиками состояний своей психики, мы можем осознанно относиться к многим биохимическим процессам в своем мозгу и пользоваться обратными корреляциями. 

Серотонин связан с радостью и сном, вырабатывается в стволе мозга и эпифизе, а также в виде гормона в мышцах. Серотонин дает ощущение собственной значимости (коррелирует с самооценкой) и признания другими, а значит, стимулируется лидированием. Прямая связь низкой секреции серотонина и импульсивной агрессией была доказана у многих видов, включая людей. Постоянная избыточная серотонизация вызывает чрезмерную самоуверенность, самодовольство, авторитарность.

Мелатонин вызывает сон, вырабатывается эпифизом. Мелатонин постоянно вырабатывается в темное время суток, а в светлое время его секреция прекращается. Частично парализует критическое мышление и логику, ослабляет самоидентификацию.

Дофамин порождает чувство удовольствия, особенно от результативного действия и новизны. Он служит закреплению новых нейросвязей. Синтезируется средним мозгом.

В стрессовой ситуации гипоталамус выделяет в кровь кортикотропин (кортизол, адренокортикотропный гормон), который, достигнув надпочечников, побуждает синтез норадреналина и адреналина. Особи с низким статусом имеют повышенный уровень стрессовых гормонов. Их задача: быстрая мобилизация энергетических резервов организма. Обычно предельно тормозят иммунную, пищеварительную и половую активность, ради экономии ресурса сил.

Адреналин – ответственен за общее возбуждение и страх. Источник в надпочечниках, как и норадреналина, который участвует в возбуждении, (но и тормозит работу органов через парасимпатическую систему), вызывает ярость.

Тестостерон – мужской половой гормон, отвечающий за половую и общую активность, отчасти за агрессивность. Количество гормона в крови возрастает перед соревнованием (любым вызовом), ещё выше после победы, но резко падает при поражении и неудаче. Подробнее о роли половых гормонов Мозг и половые гормоны www.climax.ru

Эндогенные опиаты (морфины): эндорфины и энкефалины обладают сильнейшим обезболивающим, противошоковым и антистрессовым действием, уменьшают чувствительность отдельных отделов центральной нервной системы.

Эндорфины нормализуют артериальное давление, частоту дыхания, ускоряют заживление поврежденных тканей, образование костной мозоли при переломах.

        Эндогенные каннабиоиды. В человеческом организме существует целая система каннабиоидных рецепторов. Синтезируемое мозгом вещество анандамид действует подобно марихуане, устраняя отрицательные эмоции и боли, связанные с прошлым опытом.

        Фенилэтиламин (или PEA) - является нейротрансмиттером и нейромодулятором энергии межличностных отношений. Выделение РЕА повышает эмоциональную теплоту, симпатию, сексуальность, возможно, отвечает за мгновенную влюбленность.

        Окситоцин – связан с половым возбуждением и чувством доверия (аналогичен синтетическому кетамину) как к самому себе, так и в ходе социальных связей. Синтез происходит в гипофизе.

        Вазопрессин - гормон гипофиза, вызывающий чувство привязанности к состояниям, обстановке, субъектам. С ним, видимо, связано чувство ностальгии.

        Из глутаминовой кислоты производятся нейромедиаторы глутамат и ГАМК(гамма-аминомасляная кислота). Первый возбуждающий (ускоряет мышление, обостряет память), а второй – тормозящий (спокойное сосредоточение, релакс) когнитивную активность.

Понятно, что веществ в нервной системе гораздо больше, функции шире, а разные их сочетания могут создавать основу разнообразной и довольно индивидуальной палитре чувств. Подробнее об идентификации гормонов смотрите http://ethology.ru/library/?id=287  и уже упоминавшуюся книгу Пальмеров (последняя глава), а также Википедию.//

         Перечисленным не исчерпываются методы направленного воздействия на человеком на собственную психосому. Есть много вспомогательных, усиливающих команды приемов внешнего генезиса. Большинству людей требуется внешний толчок. Меньше затрат собственных сил происходит именно за счет срабатывания изначально заложенных психо-нейро-генетических приспособительных реакций на внешнюю среду. Имеется высокая вероятность того, что полноценно вжившись в определенное состояние сознания, его внутренняя реальность станет ориентиром для соответствующего приспособительного ответа организма. Конечно, такой ответ будет возможен, если он содержится в потенциале изначально. (Рога, скажем, у вас не вырастут, сколько ни бодайся.) Даже эволюционные изменения допустимы, если ваши мета-гены способны отреагировать на специальные обстоятельства положительным образом.

Замечание 3. Измененные состояния сознания аутопогружений рассматриваются наукой как неспецифические компенсаторные реакции психики, направленные на оптимизацию психической деятельности в непрерывно изменяющихся условиях окружающей действительности (Минкевич В. Б., 1994). Их общебиологическое значение заключаются в том, что измененный режим работы головного мозга сопровождается также измененной его биохимией, что связано с образованием в синапсах высокоактивных нейрохимических веществ, которые нетоксичны и обладают выраженными лечебными свойствами стимулирующего, седативного и обезболивающего действия. По мнению С. Грофа (1994), каждому уровню сознания соответствует совершенно разный характер паттернов метаболической активности головного мозга, при этом «психика в измененном состоянии сознания спонтанно проявляет высокие терапевтические возможности, преобразуя и растворяя в этом процессе те или иные симптомы».//

        
        Теперь подытожим методику психосоматического самовоздействия. Мы учимся раскладывать психическое намерение о саморегуляции организма на составляющие: вербально-логическая волевая команда из левого полушария (для правшей) и чувственно-образная команда внушения из правого полушария. Они соединяются в области моста мозга – зоне, которая призвана согласовывать работу полушарий. Теперь намерения высших областей мышления в коре мы переводим на язык интуитивно-эмоциональных намерений, а затем их на язык физических ощущений самых древних зон мозга. Так мы разложили единое намерение на слои и можем последовательно их перекодировать и возбуждать в любом направлении. А можем сложить в суперпозицию, вновь воссоздавая единую уже проработанную структуру.

        Далее освоим управление картой зон возбуждения и торможения. Потом согласуем всё это с вышеописанными языками общения с глубоким подсознанием. А также освоим стимуляцию наиболее важных для нас нейрогормонов и синхронизуем эти процессы с вышеописанными.

        В принципе, каждому человеку следует подбирать свою формулу эффективного самовоздействия, что связано с иногда существенным различием в индивидуальном строении нейросистемы и схем ее функционирования. Но можно указать нечто общее: это глубина заходов в крайние позиции и резкость (контрастность) их смены на противоположную. Если мы хотим усилить тонизацию нужной зоны, то максимум достигается при однонаправленности 
(наше полевое психическое намерение становится когерентным лучем подобно лучу лазера), когда иные области заторможены. Нам нужен, хотя один, но мощный всплеск психической волны. 


        
В трипах и трансах психонавты неоднократно и довольно реалистично переживают распад своего тела и смерть. Если бы эта зона мозга была бы согласована с гипоталамусом, то такое путешествие завершилось бы настоящей смертью. Но эти колесики-шестеренки в данном часовом механизме расцеплены. Поскольку обычное мышление и воображение не должны влиять на физиологию (иначе мы потеряем свободу мысли), то, следовательно, требуется состояние-посредник, которому тело будет доверять. Это состояние нам известно как внутреннее сосредоточение в себе и выработка глубокого внутреннего решения (это позиция самосогласования). Так, мы пытаемся временно сцепить шестеренки. Чем глубиннее захват ощущений, тем точнее перевод команды на язык нейронных сетей и тем они податливее. Фактически, мы сначала должны представить себе, что и как будет происходить, четко всё запомнить. А затем создать импульс на реализацию намерения, максимально сосредоточившись на своем плане, но уже воплощая его в большем объеме реальности. Запомнив происходящее, можно использовать его как намеренческий образ для нового этапа воплощения. Действуя каскадами/наслоениями, мы постепенно усиливаем команду. (Представьте себе, что отдаете себе команду поднять руку, но делаете несколько секундную паузу, а затем даете импульс, реализуя приказ. Так, можно уловить ощущение, в чем разница между планом действий и их воплощением.)  


        Любой зрительный образ, который мы вызываем в своем сознании, является фотонным полем, а не зримое ощущение, как минимум, электромагнитное. Но в базисе этих полей лежат активизированные сети нейронов. Любое наше ощущение, будь-то мысленное, эмоциональное или телесное, прежде чем появиться в зоне восприятия сознания, формируется на подсознательном допороговом уровне. Он воспринимается как некая пси-точка (в общем-то, нелокальная, но ее можно психологически локализовать и пользоваться в дальнейшем в качестве точки входа/выхода – портом), из которой всплывает нужное ощущение, если оно, например, является ответом на наш запрос-намерение к подсознанию. Но, на самом деле, эта точка при утончении восприятия оказывается вполне воспринимаемой окрестностью допороговых ощущений и относительно четких мыслей она выступает в качестве размытого смылового поля. Особо ярко этот порог и до-порожье я наблюдал сразу после переживания экстаза при трансовых погружениях. Это волновая гладь, поверхность зеркала сознания, которую нежелательно волновать, но можно мысле-чувствовать под ним, в глубине. Так вот, когда мы сформулировали команду по саморегуляции согласовано на всех языках мысле-телесных ощущений, то имеет смысл отправиться за ней к границе порога восприятия и постараться как можно глубже проникнуть за него, продолжая поддерживать свое намерение. Этим мы активизируем глубинную работу конкретной неросети. 


        Можно ли ощущать работу механизмов саморегуляции? Всё зависит от нейронных схем. Если связь сознания с нужной областью процессов даже установлена, то ее функционирование может и не восприниматься. А сила воздействия будет зависеть лишь от количества нейронов, создающих толщину нейронного ″кабеля″. Если же создана и восходящая нейроцепочка, то возникает обратная связь и, естественно, от числа участвующих нейронов будет зависеть дифференцировка процессов и сила общего сигнала. В результате процессы саморегуляции можно будет ощущать с разными оттенками. По большому счету, вывести в неокору и сознание можно почти любые процессы в организме, если создать нужные рецепторы и рефлекторное кольцо. Так, например, если мы найдем пси-точку, в которой ощущаем интегральное состояние своего организма как бы изнутри (это элементарно при осмотре внутренним взглядом пространства тела), то это и есть соединение между сигналами от древнего мозга и сознания в коре. Теперь открывается возможность медитировать (обязательно испытывая любые виды удовольствия от этого, привязывая/накладывая их на зону концентрации) на этой пси-точке, увеличивая степень дифференциации ощущений. Одновременно следует пытаться на языке этих же ощущений пробить обратную связь для старта команды самоисцеления. Ведь саморегуляция идет постоянно и без нашего участия, мы лишь можем учиться усиливать сигнал к ней и от нее, одновременно активизируя ее механизмы.

        Конечная формула: подготовленное мировоззрение, сонаправленные внешние факторы воздействия, правильно созданное намерение, выверенная последовательность психотехнических действий, базовый психо-эмоциональный всплеск (возможно, подсознательный и не ощущаемый или разделенный на серию толчков), время для реализации команды, закрепление и разработка умения. 
Нам следует согласовать между собою целый ряд основных параметров своих настроек: осознанно-мировоззренческих (фоновых), информационно-ощущенческих (конкретных), энерго-эмоциональных (положительных и отрицательных, дискретных и непрерывных), пространственно-временных (локальных и нелокальных).

         А конкретнее так: активные медитационные усилия (сверху вниз) по созданию и волевому внушению целевого образа, описанного на всех уровнях ощущений. Затем свертывание ранее созданных намерений в фоново удерживаемый вектор и переход внимания в зону древнего мозга с выходом на интегральное ощущение внутреннего состояния своего организма и максимальное проникновение в него. Дойдя до границ утончения восприятия, фиксируемся в этой пси-точке, создаем фон в виде разлитого удовольствия и расширяем/увеличиваем интенсивность ощущения мощи своего потенциала ″Я могу″ и доверия-удовольствия уже за счет повышения чувствительности. Возможно, на некоторых этапах переходя к внутренней агрессии или состояниям смешанных эмоций (даже острая ностальгия подходит), выводимых на уровень аффектного возбуждения. Наконец, дойдя до обессиливания, выходим на самосогласованное состояние с эффектом замирания (оцепенения, зависания) в сосредоточенном в пси-точке бездействии, точнее, в активном недеянии. Учитываем хронодинамику процесса. Данный алгоритм имеет множество вариаций, среди которых следует подобрать себе несколько наиболее индивидуально привлекательных.

Обобщу сказанное в виде некой идеальной внутренней команды:

Сначала желательно подготовить свое сознание (мировоззренческий фон) так, чтобы оно познало свой неограниченный потенциал и реализационную мощь. Самоопора достигается в результате осознания себя самовложением Сверхсущества или Абсолюта.

Основными факторами является сила мотивации себя и глубина внутреннего решения относительно реализации своих намерений. Механизм воплощения любого действия опирается на эти факторы. И чем более глубокий нейрогенетический аппарат требуется нам запустить, тем пропорционально мощнее должна быть мотивация и решимость (отсутствие сомнений), потому что из них добывается энергия и согласование сознания с организмом. 

Кроме того, следует сформировать содержание команды и алгоритм ее реализации на языках логики и ощущений, максимально ясно и ярко смоделировав это перед своим внутренним взором. А затем отдав себе волевую команду – энергетический толчок, согласованный с силой эмоционального всплеска. Далее волевая команда постепенно будет трансформироваться в команду самовнушения, сила воздействия в чувствительность, а бурные эмоции в умиротворение. И, наконец, достижение состояния застывания в точке однонаправленного недеяния. За один раз или чаще благодаря настойчивым повторениям подсознание и древний мозг обязательно адекватно качеству воздействия отреагируют. 

        Также можно классифицировать команды по глубине их влияния:

1.   Намерения, воплощаемые волевыми командами и простейшим самовнушением.

2.   Намерения гипнотического и самогипнотического уровня, кодирующие психику и некоторые слои физиологии.

3.   Намерения восстановительного характера, относящиеся к саморегуляции психики и тела, а также к процессам регенерации и омоложения.

4.   Намерения эволюционного уровня, способные осуществлять целенаправленные генетические модификации.

5.   Намерения теургического уровня, относящиеся к несобственным (неуправляемым, объективным) оболочкам существования.

Понятно, что все уровни пересекаются между собою, не имея четких границ, и рассоложены на самовложенной геометрии, т.е. включены друг в друга.//

Увы, часто эта идеальная команда содержит лишь условия, но недостаточные. Вообще, любое наше мысле-чувство имеет электрохимический носитель и паттерн сети нейронов, однако передача этого кода в код других сетей/отделов мозга часто оказывается проблемной из-за того, что в норме функционирования отделы сознания и сомы частично блокируют друг друга ради независимости своего функционирования и выживания. Например, если бы в сознание обрушился поток сигналов подсознания/бессознания, то мы бы просто надолго потеряли сознание. (Трипы демонстрируют, как невыносимо тяжело переносить расширенные информационные потоки.)

Если в ходе длительной и настойчивой практики (скажем, в течение полугода) результата нет, значит, вашей схеме мозга, нужны внешние дополнительные воздействия, которые бы сдвинули нейросистему с места. Если вы гипнабельны, то можно обратиться за помощью к профессиональному гипнотизеру, чтобы он попробовал ввести вам пси-ключ. Последний послужит вам хорошим пси-инструментом. Кроме того, тенденция такова, что биотехнологии предлагают всё больше утонченных физико-химических инструментов воздействия на мозг и геном. И среди относительно общедоступных можно выбирать усилители желаемых эффектов самовнушения. Понятно, что эксперименты над своей психикой и мозгом надо проводить осторожно, глубоко изучив себя и спецсредства, уделяя особое внимание постанализу экспериментов. Когда сознание готово, его намерение обязательно приведет к содействующим событиям. Надо лишь быть внимательным и не пропустить нужного мгновения.

Знать – это одно, а выполнить – совсем другое. Это интересная игра с собой, но не стоит сильно переживать в случае неудачи, потому что смерть любой оболочки (тела или личности) чистого восприятия, в конечном счете, является предопределенной. На нынешнем уровне холонавтики главным является то, что экспериментатору приходится в ходе попыток по достижению результатов отрабатывать состояния самосознания как древних, так и более высоких эволюционных уровней, т.е. программировать свои будущие путешествия сознания. А заодно понять, насколько сложно правильно их организовывать и реализовывать.

В ходе написания данного шага я провел несколько сотен медитационно-трансовых экспериментов в поисках механизмов самовоздействия, а придется совершить их тысячи. И заметил, что после исчерпания разнообразия настроек, я стал совершать спиралеобразные движения в пространстве их вариантов, обнаруживая новые оттенки и сочетания. Очень непросто, оказалось, зацепить психикой свою биохимию там, где активные нейропути ещё не проложены. Какова же сложность эволюционных преобразований, если запуск ″элементарной″ саморегуляции столь трудная задача!

Ясно одно: эволюционная необходимость в целенаправленном совершенствовании устройства своего человеческого организма очевидна. Сознание потенциально способно управлять телом даже на уровне генома, но для этого требуется создание специфических нейронных схем и, возможно, особой биохимии. Естественно-искусственными методами эта задача в будущем будет решена.

Теперь собрано достаточно информации, чтобы на следующем шаге выйти на общее решение поставленных задач. 

           Далее шаг 26.3