Гипнонавтика 1

Шаг 26.6. Гипнонавтика: гипноз и самогипноз

 (Оглавление, Шоковый метод)

Очень давно, когда я совершал практику только с помощью медитаций, аутогенного расслабления или управляемых сновидений, мои представления о психонавтике при помощи психоделиков сводились к представлению о пагубном воздействии наркотиков и ″пустых″ галлюцинациях. Хотя книги доктора Ст. Грофа вызвали у меня сомнения в моей позиции, все же я оставался далек от этого. Прием психоделиков был для меня психологическим барьером, потому что я считал, что надо полагаться только на свои психические силы, ну, еще и молитвы. И лишь когда я, исчерпав другие методы, дозрел до первого опыта с психоделиками, то мое отношение к ним в корне изменилось. Такого взрывного вброса в сознание подсознательной информации о Мире и себе я никогда ранее не испытывал. После изучения нейропсихологии, я сумел соотнести специфику видений с нейрогуморальными процессами и состояниями зон и сетей мозга. Постепенно я обрел огромный практический опыт психофизических состояний и управления в трипах, а мышление вышло на более высокую ступень. Причем моя установка изначально была такова, что я должен освоить предоставляемый мне трипами опыт так, чтобы впоследствии не нуждаться в психоделиках, разве что в редких случаях. Это принципиально важно. Метод был простой: идентифицировать глубинные состояния и их отображения в обычном сознании, а затем по этим точкам входа, как по туннелям, всегда иметь возможность войти в глубину.

Точно также, с большим недоверием, еще несколько лет назад я относился к трансам при помощи гипноза. И был уверен, что они лишь плод внушения. Это действительно так до определенной черты. Трипы ведь тоже далеко не все и не у всех имеют полезную насыщенность. Так и гипноз на разных ступенях глубины, в разной технике и у разных пар индуктор-перципиент выдает разные результаты. Теперь я знаю, что гипноз позволяет легко освоить самогипноз (аутогипноз), и на этой основе увеличить силу трансовой и триповой техники в разы, внося в них элемент необычной техники суггестии. В глубоком гипнозе можно даже испытывать полноценный трип без приема психоделиков, а техника самогипноза усиливает трансы в стиле трипов. (Аналогичную мысль я встретил в книге Ч. Тарта ″Измененные состояния сознания″, где он подчеркнул, что психоделики облегчают обучение самогипнозу, а он управлению в трипах. О глубокой связи самогипноза и триповых погружений можно прочесть в работе Эриксона ″Специальное исследование природы и характера различных состояний сознания, проведенное совместно с Олдосом Хаксли…″) Но весь мой предыдущий опыт был все же необходим, как базовый, потому что гипносостояния, медитационные, сновидные и триповые есть ветви одного фрактального дерева. Это несколько известных нам из мета-теории фундаментальных состояний и эндоморфизмов (отображений в себя), которые просто видоизменяются в конкретных психологических и биохимических условиях.

Оказалось, что, в терминах данной темы, все вышеперечисленные практики можно соединить в одну систему по развитию техники самогипноза. Просто ранее были иные интерпретации состояний и процессов со своими плюсами и минусами. Гипнотехника наиболее практична, но не заменяет собою иной опыт.

 

Замечание. Соотношение терминов внушение (суггестия) и гипноз не имеет четких границ. Здесь наблюдается типичное движение между ″в широком″ или ″в узком″ смыслах понятий. Можно считать названные термины синонимами, а можно разделять, подразумевая под внушением механизм убеждения через смысл, а гипноз как наведение психофизических образов. Иные считают внушение более общим термином, а гипноз лишь частной техникой управляемого усыпления, хотя он способен вызвать и сверхвозбуждение. Но допустимо говорить и о тотальном гипнозе-самогипнозе, как внушении себе некой реальности по большому и малому кругу (соответственно) отображения намерений в себя. Так что всякий раз, оговаривая, можно использовать любые варианты.

Имеется  также  немало определений, что есть гипноз. Это связано с разными моделями сознания-личности, представлений о механизмах нейро уровня, терминологии и т.п. Например, по Элману «Гипноз — это режим работы сознания, в котором критическая способность человека не принимается во внимание и функционирует избирательное мышление». Он сравнивает его с настроением в рамках одного состояния. Но поскольку любой режим функционирования рождает свое состояние, то гипноз можно определять и как состояние, в котором выделенная психическая реальность временно является доминирующей над привычной, внешне обусловленной.//

 

Вообще-то, внушение и, в частности, гипноз – это естественный механизм, посредством которого нас учили с самого детства всему, что нас делает человеком в социуме. Это социальный гипноз, как частный случай самого мощного гипнотизера –окружающей Реальности. А т.н. специальный гипноз есть просто искусство по развитию этого механизма на базе естественных возможностей. Гипнотическое внушение известно всем народам, сохранившим древние культуры. Его вместе с воздействием психоактивных веществ всегда трактовали как магию и волшебство. В мета-учении – это лишь восхитительный инструмент для решения разнообразных психобиологических задач. Проникнув в окультуренную Европу, гипноз стал развиваться вместе с ростом научного знания о психологии и болезнях. Если первые европейские гипнотизеры тратили на ввод человека в более-менее глубокий транс по несколько часов, то современные методики требуют обычно получаса и даже нескольких минут. Дело в том, что первые исследователи понимали под гипнозом животный магнетизм и, например, часами равномерно водили руками перед лицом или сердцем пациента. Действительно, равномерность успокаивала, эм-излучение из центра ладони, вероятно, снижало активность излучения из глаз и мозга, или сердечной зоны, а тепло при руконаложении вызывало расслабление. Понимание же гипноза как сон вело к внушению, например, однообразным повторением слов ″вы спите″, ″вам хочется спать″. Далее пришли к аутогенной тренировке, делая упор на релаксации мышц и словесном внушении. Позднее выделили образное внушение, создав методики эйдетизма и прочих форм образной и эмоциональной суггестии. От представления о подавлении гипнотика и властвовании над ним гипнотизера в прямом директивном внушении постепенно перешли к пониманию необходимости сотрудничества обоих в косвенном и мягком наведении. То есть от понимания сути гипноза менялась техника и результаты. Весь современный гипноз построен на утонченной семантике, интонации, доверия к индуктору, ярким образам и глубокой релаксации. Тенденция развития гипнотехник в том, что от воздействия через тело пациента переходят, все в большей мере, к психическим приемам. Но нейропсихический механизм гипнотранса не трогают (т.е. явно не используют), внушение идет по поверхности сознания человека. А что происходит в реальности, лишь гадают, сохраняя таинственность этого действа. И это приносит большую пользу при настройке гипнотизируемого, включая его интуитивную веру в чудо, хотя иных пугает или разочаровывает. Мета-подход же накладывает мировоззренческие и прочие психологические процессы на медитационные ощущения (идеорефлексы) и на базовые знания о нейрофизиологии мозга. Это позволяет не просто верить, а понимать и знать, что и как делать. Если не знать механизма, то невозможно усовершенствовать психотехнику и преодолеть общепризнанные пределы гипновнушения. Как, к примеру, усовершенствовать метод психосоматических исцелений Кашпировского, если не понимать всех пошаговой психотехники воздействия – тогда останется лишь тупо копировать его действия и слова. А как исцелиться самому в такой технике? Нужно детальное знание механики этого и тогда появятся шансы на скрытые пока возможности.   

Интересно также, что по мере усложнения психотехник и научных технологий (в том числе и за счет интернет-доступности к мировому опыту) новые поколения талантливых гипнотизеров постоянно расширяют спектр психологических и психосоматических эффектов. То, что ранее считалось невозможно, становится сначала уникальным событием, а позднее частым явлением. Тело и сознание оказываются все более управляемыми со стороны человека, его мета-сознания. В чем же причина? Очевидно, это проявление генерального пути эволюции. Пока говорили, что нечто невозможно для сознания, то ограничивали себя мировоззрением. Но кто-то ставил это под сомнение, искал неординарные решения и получал новые эффекты. Кстати, столь эффектного исцеления многих соматических болезней не было до Кашпировского лишь потому, что все считали подобное невозможным. Правильная установка и психотехника, и ничего неизвестного в гипнотических приемах у Кашпировского нет! Но он, следуя определенному алгоритму, сделал психосоматические исцеления трюизмом, констатацией, тривиальностью, реальностью, а раньше в это просто бы никто не поверил. Хотя даже теперь, зная о такой возможности, повторить не просто, хотя бы потому, что надо приобрести большой авторитет и вообще иметь яркую харизму. Далеко не всем это под силу.

Мета-учение не ставит никаких интеллектуальных преград, кроме принципов Мироздания (самонаследование с модификацией – фрактальность, неизменная в принципах, но изменяемая по форме в конкретных условиях.) Кроме того, мета-учение (неоэзотерика) имеет теоретическую базу, объясняющую метод усиления роли сознания и пси-технологию реализации этого. Поэтому в Мета-учении возможно психотехнически получить даже некоторое фундаментальное просветление/пробуждение за один раз, если вы уже готовы к нему интеллектуально и имеете достаточный духовный опыт. Однако, как будет объяснено на следующем шаге: даже фундаментальных просветлений бывает несколько видов (сеть просветлений), а сам по себе факт вашего просветления не добавляет ума, а лишь повышает уровень самосознания. Есть немало глупых просветленных и умных омраченных. Мудрости, знаниям и мета-мировоззрению научить гипнозом невозможно, а лишь помочь создать установки на стремление к оным и помочь с усвоением редкостного трансперсонального опыта.    

Гипнотехники  становятся все более быстрыми, телесно-независимыми и психологически утонченными, а результаты все более глубоко психологически и психосоматически эффективными. Есть надежда, что в будущем мы сможем исцеляться, достигать просветления и даже генетически менять себя. Например, стволовые клетки излечивают массу болезней. Но сознание-подсознание способно активировать их производство в любой части тела, а геном синтезировать вещества, которые обычно не производит, но потенциально может. Метагены способны запустить рабочие гены в любой последовательности и преобразовать организм, а значит и психику.

 

Итак, в завершение шага 26 мы остановимся на гипнонавтике – психонавтике и холонавтике, осуществляемых методом внушения-гипноза как дуальной техникой. Пусть внушение направлено на создание специальных обстоятельств и на изменение интерпретации воспринимаемого, что выразиться в новом понимании и ощущении происходящего. А гипноз направлен на изменение психофизического состояния, т.е. режима работы мозга. Другими словами, под гипнозом будем понимать психологический метод, способный ввести человека в достаточно глубокое состояние из семейства сновидных или пробужденных трансовых состояний – результата специфического режима работы сознания-личности со своим подсознанием и бессознательным. А особенности трансовой реальности и самосознания в ней откроют доступ к пси-операциям и пси-алгоритмам, ведущим к недостижимым в нормальном состоянии целям.

Нас будет интересовать связка гипноза и самогипноза. Гипноз – это самогипноз под управлением со стороны учителя.  Гипноз, как возможность передачи искусства изменения состояния сознания от учителя-гипнолога (индуктора) ученику-психонавту. Самогипноз можно освоить самому, но эффективнее (быстрее и качественнее) он работает, если на начальных этапах было проведено обучение от внешнего человека – гипнотизера. Надо также учитывать, что, как во всяком деле, люди рождаются с разными психическими и нейрофизиологическими возможностями. А потому, в согласии с нормальным распределением, одни будут проявлять заметный талант в психонавтике, другие держаться в рамках нормы, а иные окажут огромное внутреннее сопротивление такому воздействию.

В современном мире гипноз (индукция) используется психотерапевтами как психотехника, повышающая внушаемость, и как гипноанализ, усиливающий психологический анализ и самоанализ пациента относительно причин болезней. В рамках терапии – это верный подход. Но относительно эзотерических задач отрывать психотехнику и психологию от философии и научных знаний нельзя. Ведь наша эзотерическая задача заключается в изменении самоидентификации при самовосприятии и преобразовании его оболочек. А такая глубинная трансформация может быть достигнута только в комплексе со значительной эволюцией мировосприятия индивидуума. Например, восточные боевые искусства, очищенные от учений о пути самопознания, превратились в спорт. В нем они превратились в бизнес, что является мощной мотивацией. В том числе и благодаря отделению от философии, они достигли высот, превышающих спортивные достижения монахов. Но сознание спортсменов почти не меняется (а изменения нередки в худшую сторону), а значит, главного достижения (относительно духовных целей) нет. Аналогично, можно шикарно овладеть гипнозом, но кроме развлекательных демонстраций, тешащих самолюбие, ничего не достичь.

В отношении аранжировки гипнонавтики как мистических путешествий у меня нет возражений – это эмоционально окрашено в интересные тона. На людей, настроенных мистически, такая форма представления может оказывать в ряде случаев большее воздействие, чем научный подход. В рамках Мета-учения можно придерживаться любой интерпретации, но для неоэзотерики предпочтительнее не столь выраженно окрашенный в мистику подход, а базирующийся на ощущениях очищенного своего естества (чистого восприятия), глубины осмысления внутренней согласованности Мира и чувства его красоты.

Гипноз, медитации, управляемые сновидения, трипы – это все состояния одного семейства. Все состояния, знакомые мне в трипах, я встречал и в гипнозе, но по-другому достигнутые и иначе интерпретируемые, хотя последнее зависело только от меня. Более того, наше обычное сознание есть транс внутри внешней физической и социальной реальностей, а значит, и оно с остальными трансовыми состояниями находится в близком родстве. Все функциональные состояния равноправны, но у каждого свой потенциал. И наша задача повысить степень мета-управления всеми ими. Сам по себе гипноз – это всего лишь психологический инструмент, которым можно безобидно играться или нанести вред, или создать нечто ценное в психике. Это мощный инструмент – даже свою смерть им можно вызвать просто по желанию, и для этого ничего не надо будет делать, а лишь возжелать ее и сердце остановится само.

        Что может дать применение гипнотехники в эзотерике? Точно также как гипнабильные люди способны за десяток занятий овладеть способностями управления организмом, которые йоги при помощи медитационной техники осваивают за десятки лет, талантливый эзотерик может прийти к просветлению и пробуждению высших форм самосознания за те же десять сеансов, вместо того, чтобы тратить на это полжизни. Практически это происходит путем синхронизации обычной беседы наставника с психотехникой гипнотического погружения. И тогда ученик может ярко пережить описываемый ему духовный опыт, если он дорос до него. Сам гипнотранс просветления не дает! А качество содержания, в нашем случае, обеспечивается высоким теоретическим уровнем мета-учения. И в этом главное преимущество описываемой здесь методики. А параллельно будут решаться и другие сопутствующие задачи психобиологического управления. Здесь также хочу присоединиться к принципу Эриксона: "Психотерапевтическую работу выполняет сам пациент"– это идеальное решение по Альтшуллеру! Эриксон указывал, что для его гипнотерапии необходимо активизировать все возможности пациента еще до начала гипноза. Такой подход существенно отличается от ранее общепринятой точки зрения, согласно которой гипноз – это введение пациента в спокойное аморфное состояние, в котором он становится покорным орудием в руках индуктора. Это верно лишь отчасти.

 Эриксон подчеркивал, что гипнотическое внушение может активировать и использовать только те потенциалы, которые уже существуют внутри пациента, и не может навязать ему нечто чуждое. Субъекты, обученные входить в глубокий транс мгновенно, по щелчку пальцами, успешно сопротивляются, когда не имеют желания или более заинтересованы какой-либо другой деятельностью. Даже если пациенты переживают транс, это само по себе не значит, что они собираются принять и выполнить прямые внушения гипнотизера. Транс, внушаемость и эффективность транса – не одно и то же. Внушаемость ­– это готовность пациента принять предлагаемый образ как реальность, а команду как выполнимую. Таким образом, задача наставника-гипнотизера лишь стимулировать, пояснять технику и направлять, а работу по самопреобразованию никто за вас не выполнит, ни за какие деньги. Правда, подсознание работает за гормоны счастья.

Замечание. Дэйв Элман в книге ″Гипнотерапия″ пишет о состоянии повышенной внушаемости: ″В этом эйфорическом состоянии пациенту кажется, что в мире все хорошо, и возможно все что угодно, в пределах человеческого воображения. Поэтому он принимает за чистую монету, без критики, любое внушение, которое ему представляется разумным и приятным. Снова позвольте мне подчеркнуть, что в сомнамбулизме вы можете достичь состояния подобного зомби, но с сохранением контроля над важнейшими для личности моментами. Хотя вы вправе отдать себя в полное подчинение гипнотизеру, но это уже ваш выбор. Пациент не теряет осознанности. Наоборот, он достигает осознанности. По оценкам разных авторитетных специалистов по гипнозу, в сомнамбулизме осознанность (в смысле интенсивности восприятия и доступа к памяти) пациента повышается многократно. //Прим. автора: описанное состояние в точности соответствует экстазу в трипе. Нейрохимически – это реакция на серотонин, психологически – удовольствие и комфорт, философски – ощущение себя внутренним Богом.//

Гипноз - это, возможно, одно из самых прекрасных состояний, которое Бог сделал доступным для человечества.… Но оно подвергалось жестокому поруганию невежественными людьми, пытающимися сделать из этого колдовство, черную магию и, возможно, люди забыли эту возможность от страха перед порицанием. //

 

Вместо гипнотизера, работающего посредством слов, в трипе ведет вещество, а точнее, реакция нейронов на него. Обычно гипнотрансы не столь ярки по видениям, но зато хорошо управляемы. Самогипноз отличается от гипноза только тем, что управление осуществляет не внешний человек, а внутренний. Ему приходится контролировать колебательный процесс между собственным внешним сознанием и разными по глубине слоями подсознательного-бессознательного. Это значительно сложнее, но зато еще более управляемо. Гипнолог может лишь помочь вам войти в транс и искусно вести его к намеченным целям, но ситуацию все равно контролируете вы сами – это ваш гипноз. Если вы отдались полностью во власть индуктора, то это тоже ваше решение, а не его. В гипнотрансе ослабляется контроль над одними частями своего сознания-личности, но зато он возрастает над другими. Мета-позиция служит согласованию всех собственных  состояний и отслеживанию внешних обстоятельств, позволяя при необходимости срочно покинуть транс или модифицировать его в би-транс. И только, если человек сам отказывается от услуг мета-контроля, то возможно его поглощение транс-миром со всеми плюсами и минусами этого события.

Вставка. Имеются разнообразные понимания природы и структуры сознания, что приводит к спорам в научной и прикладной среде. В частности, одни считают, что сознание сдерживает животную природу подсознания, а другие, наоборот, видят в подсознании мудрое начало, защищающее сознание от травм и опасностей.  Одни считают подсознание просто автоматом, а другие видят в нем скрытые личности. Противоречия тут нет, поскольку оценки относятся к разным областям и функциям подсознательного.

В практических целях, нам следует чуть подробнее определить разнообразные термины о сознании и за-сознании, включающим в себя надсознание и подсознание. Здесь под обычным поверхностным сознанием будем понимать совокупность состояний виртуального (психического) пространства человека, которые он может актуально идентифицировать (распознать в текущий момент). Это оперативная память. То, что он временно выгружает из внимания, есть состояния самого ближнего подсознания. Выгруженное в долговременную память – более удаленное подсознание. Если эта информация забыта или заблокирована, то мы имеем дело с еще более глубоким подсознанием. А самое глубокое то, которое есть, но никогда не распознавалось сознанием по его сути – это уже записи в бессознательном, которые потенциально можно извлечь или нельзя. Надо также понимать, что подсознание – это не только хранилище информации, но и пси-процессоры, работающие с нею. Осознаваемые пси-процессоры создают субличности, а не осознаваемые безличностный интеллект. Любая поставленная задача автоматически покрывается оболочкой виртуального процессора, который будет заниматься ее решением. Мы создаем намерение на поиск решения некой проблемы, но временно забываем о ней, то подсознание все равно немедленно приступает к ее анализу. А к нам в сознание оно всплывет спонтанно в самый неожиданный момент и форме. Часто сразу после сна, когда подсознание и сознание еще контачат. Или повторными раздумьями мы проявим подготовленное полуфабрикатное интуитивное решение, а далее доведем его логикой до кондиции.

Есть подсознание, касающееся личностной истории, а есть истории вашего организма. Но можно говорить и о надсознании в том смысле, что в нем хранится память о состояниях психосомы вне рамок данной вашей жизни. Слоистая система классификации психики, конечно, обусловлена слоистостью мозга, но все же это упрощение, потому как мозг блочен. И то, что кажется глубоким, может быть просто параллельным, но к нему ведет много переходных состояний или непривычность режима работы мозга. Самое глубокое часто реагирует сильнее на поверхностное сильнее, чем на сигналы из трансовых реальностей. А поверхностное может игнорировать внешнее, руководствуясь внутренними сигналами. Все состояния надсознания привязаны к своим состояниям в подсознании – это следует из организации типа бутылки Клейна. (см. Шаг 22.)

Пока сознание не разделяет себя, оно именуется моно-сознанием, а когда расслаивается и делится, то поли-сознанием. Свобода поли-игры состояний может доходить до активного противостояния разных состояний. И, наконец, мета-сознание создано уровнем осознанного и интуитивного отслеживания динамики моно-поли движения всей системы сознания. Всё сознание состоит из сети ощущений (следов, отображений) биологической и психополевой природы как реакций на собственный и несобственный миры событий. Пси-оболочка, оперирующая ощущениями (аналогово-цифровыми сигналами), называется личностью и тоже может иметь множество субличностей и т.п.  Носителями информации о сознании являются нейронные и генетические сети (в конечном итоге, системы физико-химических объектов всех их уровней иерархии материи), но она также отражена в квантово-полевой структуре излучаемых ими и не только ими волн различных видов и разного генезиса.//

 

При поверхностном применении гипноз может породить лишь воображаемые миры, воспринимаемые в нем как реальные и не более. Однако, простое воображение работает лишь в начале, как тренировка на симуляторе. Но потом, в случае преодоления притяжения макротела, начинаются полевые (квантовые) события, содержащие информацию особой ценности. Подробно это описано на шаге 17 Психонавтика. Гипнонавтика выглядит гораздо более удобной в применении (мгновенно вызываются глубокое и столь же быстро восстанавливается нормальное состояние), чем психоделическая психонавтика, хотя у последней есть свои преимущества: не особенно нужен учитель, а опыт состояний приходит без внушения, что выглядит более объективно. Конечно же, все способы и виды психонавтики являются дополнительными, составляя разнообразие опыта. Для резистентных к внушению психоделик может стать базовым инструментом познания трансовых состояний и обучения пси-маневрам, прежде чем он сможет перейти к гипнонавтике. Иногда полезно обучать гипнонавтики на фоне работы психоделика. Но пока человек не изучит серьезную литературу на эту тему и сам не попробует, он не может адекватно понимать суть предоставляемого ими психического опыта.

Не надо думать, что сам по себе ввод в транс автоматически приведет к высокопилотажной холонавтике. С учеником надо предварительно побеседовать, выясняя его нынешнее состояние сознания, мировоззрение, его идеальные представления, яркие счастливые события и глубоко травматические моменты в его психике. Важно наладить контакт и обоюдное доверие. В предлагаемом методе индуктор никуда вас силой не вводит (это возможно, только если испытуемый сильно боится оного, подсознательно желая ″твердой руки″, и такой настрой тоже можно принять), он просто берет управление на себя и помогает вам пройти барьеры в вашем собственном сознании на пути к возможностям вашей же психики. И тогда вы уже в самогипнозе сможете отделять от себя управляющую личность-гида как отдельную сущность, и даже становиться ею, кодируя себя спящего.

 Вообще, гипноз, как вмешательство в вашу психику, – это серьезный стресс для любого человека, поскольку имеет место проникновение в его личное пространство. С учеником следует обсудить в общих чертах план работы в трансе, дабы в нем не потеряться. Создать в трансе все оговоренные заранее полезные настройки-поствнушения, а после окончания полезен глубокий анализ пережитого, написание психонавтом отчета о трансе и его осмысление, а также дальнейшие самостоятельные опыты.

Гипнолог-психонавт, по моему мнению, должен проводить сеанс, будучи в самогипнозе слабой или средней степени или даже вовсе трансперсонально перевоплотившись в более глубинное существо. Я предпочитаю именно последний вариант, когда глубинное существо подымается на поверхность и рассматривает себя-другого. Желательно испытывать вдохновение, дабы виртуозно вести чужую психику. Здесь важно сонастроиться в пси-процессах, задействуя механизмы подражания между обеими сторонами процесса.  Ведь именно в гипносостоянии проявляются до-вербальные способы передачи состояния. Это доказано на экспериментах с телепатии, обращенной к растениям, а значит, и ко всем живым сущностям.

Должен ли гипнотизер обладать каким-то чудесным даром? Действительно, имеется, как дар супер гипнабильности, так и талант гипнотизма. Суть последнего имеет много составляющих, главной из которых является способность всем своим видом (манерой поведения, стилем речи, спецификой взгляда, а также, вероятно, соответствующими излучениями мозга) быстро захватывать внимание гипнотика и передавать на его подсознательное восприятие, прежде всего, невербальные сигналы к погружению в транс. Эти сигналы представляют собою приглашение подражать состоянию гипнотизера либо симметрично (зеркально), либо ассиметрично (ключ-замок). А далее,  работают знания и опыт гипнотизера в плане ведения гипнотика к заданной цели. Однако в еще большей мере гипнотизм может быть вызван не только персональными способностями, но и имиджем/авторитетом/статусом в обществе. А отсутствие каких-либо особых гипно способностей вполне заменяет профессионализм в работе с чужой психикой. В конце концов, главное таинство совершает сам загипнотизированный. Его подсознательная задача, смещаясь в сторону мира свободного воображения (вторичный мир), выделить в своем обычном психическом мире (первичный), привязанном к текущему материальному бытию и привычным адекватным реакциям на него, гипнотический мир (третичный). В его пространство пропускаются только желаемые ощущения и представления, ведущие к всё возрастающей независимости и даже доминированию над первичным. И тогда, вместе с неполным поворотом системы координат восприятия третичный мир становится временно главенствующим. Это мир, создаваемый на стыке реалистичного и фантастического, но достаточно отделенный от них, дабы иметь свою гипнотическую реальность.

Поскольку мы работаем с диапазоном первичный – третичный – вторичный (текущий, гипномир, идеальный), то смещаться (отсоединяться и присоединяться) можно и от воображения к текущей реальности. Или попеременно.

В предварительной беседе с начинающим, после создания его психологического портрета, следует выяснить, как он представляет себе гипнотранс и подправить его понимание, чтобы в дальнейшем он не испытал неузнавания транса (особенно при внушении/гипнозе наяву) и разочарования от ложных ожиданий (фрустрации). В целом, надо стараться удовлетворить ожидания ученика, потому что основная тяжесть психологического процесса трансформаций лежит на нем. Но ожидания постепенно эволюционируют и за этим стоит следить.

Следует также выявить истинную мотивацию его желания по освоению гипнонавтики. (Ряд исследователей резонно считают, что ожидание и мотивированность – основа гипноза, даже без изменения состояния сознания.) Мотивацию можно найти и усилить, если обнаружить в сознании человека болевые точки, обычно связанные с тревожными событиями, его самооценкой и оценкой его окружающими, а также проблемами здоровья и кармы его судьбы. Соответственно, можно обнаружить и точки удовольствия, которые подарят ему счастливые переживания в случае успешного освоение эзотерических целей. Желание перемен в себе и судьбе, намерение увидеть желанное будущее – это мощная движущая сила. Установлено, что без сильного личного желания ученика не стоит ждать и особых результатов, скорее никаких.

Далее следует усилить эго ученика, чтобы он ощутил свою потенциальную силу и возликовал. Надо хотя бы временно повысить уровень его самосознания и самооценки, чем впустить в его личность духовную энергию. Он должен почувствовать себя ребенком, который когда-нибудь вырастит и станет могущественным Богом, точнее одним из его воплощений. Пусть никто не бывает идеальным, потому что он не единственный в мире, но свое индивидуальное совершенство достижимо. Субъективно, это будет переживаться как расширение пси-пространства, самолюбование, гордость за себя, повышение уверенности, пробуждение надежд и т.п., что сопровождается выбросом больших доз эндогенных психоделиков. И на той фазе, где произойдет остановка по глубине процесса погружения, следует начать обучение базовым приемам. Для первого раза рекомендуется ограничиться  постгипнотическим внушением на улучшение входа в гипносостояния для следующего раза. Но тут же полностью или частично вывести из транса и повторить вход (фракционный метод Оскара Фогта). И так несколько раз для достижения нужной глубины. В случае самогипноза важно заранее создать установки-алгоритмы того, чего ты хочешь в трансе (целей, алгоритма, признаков завершения), потому что логика и мотивация в трансе изменяются, а внутри наиболее глубокого из состояний ощущении себя Богом тебе вообще ничего не надо, оно самодостаточно и недвижимо. Требуется возбуждающая волна из какого-то неудовлетворенного состояния сознания, чтобы начался процесс создания реальности.

Методика состоит из нескольких элементарных (фундаментальных) психофизических операций, примененных к разным слоям сознания, его структурным и функциональным элементам. Рассмотрим глубокий гипноз на примере работы с обычным состоянием сознания. Ведь все глубинные состояния и эффекты фрактально представлены в привычном бодрствующем состоянии. Пусть перед вами учитель-гипнотизер, который просит у вас разрешения временно стать вашим командиром. Вы же будете играть роль подчиненного, но он обещает вам не превышать своих полномочий, не наносить вам вреда и оставляет за вами право отклонять его просьбы, если вы видите в них угрозу для себя. Более того, вам оставляется право выйти из гипнотранса по собственному желанию. (Интересно, что просветление, как выход из гипноза окружающей реальностью, тоже происходит только по большому желанию и вспоминанию себе до-гипнотического.) Фактически, вам предлагаются ролевые игры. Это могут быть игры: тренер-спортсмен, руководитель-актер, учитель-ученик, отец-ребенок и т.п. Поскольку требуется ваше содействие, то мотивацию можно поднять приглашением в командную игру на успех с общими целями. Происходит психологическое сближение сторон в нечто более целостное, но с распределением функций. Вас ждет командная стратегия и командная работа. А в самогипнозе ролевое распределение придется делать внутри себя и договариваться с собою.

Обычно возникает сознательное или подсознательное сопротивление ученика гипнотизеру, плюс самосопротвление внутри самого гипнотика. Рассмотрим виды такого сопротивления, т.к. эта проблема возникает на всех этапах гипнотизации.

Вы можете частично  согласиться на передачу управления, все же имея сомнения. Возможно желаете, чтобы он доказал свое право на командование. Тут гипнотизер должен показать свой профессионализм глубоким пониманием темы и предоставить иные доказательства его компетентности. Когда вы работаете с собою, то сами оцениваете свой уровень с поправкой на сильную субъективность оценки.

Если некто вовсе не согласиться на эксперимент, поскольку не желает никого впускать в свое подсознание, то это его право, даже если он делает себе этим хуже. Но и здесь есть выход: предложить вместо гипноза обучение самогипнозу, т.е. сразу сохранить все управление у человека. Это действо часто бывает вполне успешным. Хотя есть моменты, когда от частых погружений возникает толерантность (невосприимчивость) даже к эндогенным гормонам, самосопротивление резко возрастает и нужна пауза.

Если вы – гипнотизер, а ученик хочет соревноваться в психической силе, то можно принять вызов и начать гипноз на преодоление его сопротивления. Дело в том, что в вызове кроется вера в силу гипноза, а значит, достаточно дать понять человеку, что, на самом деле, он борется с самим собою. И тогда, если он победит, то не гипнотизера, а себя, т.к. останется без гипноключа и перспектив практики. А если проиграет, то очень выиграет. Следует во время «борьбы» указать на истинные причины его сопротивления. Они заключаются в ложном самолюбии, амбициях и желании верховенства, а не стремления к самопознанию. И что на него такого даже не стоит тратить свои силы. И когда он сам откажется от борьбы, потребовать полной и безоговорочной капитуляции. И пусть еще почувствует свою вину за отбирание ваших сил,  отрабатывая мотивированным сотрудничеством по погружению в транс. Он должен сдаться и сотрудничать – в этом и есть его победа над собою. Сила здесь в мягкости и гибкости: отступая, побеждаешь (принцип дзю-до и айкидо). Подобные доводы снимают и поверхностное самосопротивление в самогипнозе – это борьба волевого сознания с подсознанием.

Гипноз можно вызвать в диапазоне от гипноза, просто помогающего самовнушению человека, через мягкое и косвенное внушение (стимуляция удовольствием и потенциальными страхами), до волевого нажима через страх неподчинения. Вы можете испытывать страх – это нормально и даже полезно, если воспользоваться им как рычагом управления.

Если человек испытывает страх, то можно либо успокоить его, вскрыв его причины, либо, наоборот, развить наступление и ввести в транс, подавив сопротивление. Вреда от этого нет, если потом уже в гипнозе успокоить человека. Насилия тут тоже нет, если было дано согласие. Просто ожидания данного человека специфичны, ему подсознательно хочется испугаться и подчиниться. Страх – это специфическая форма его веры в ваши и свои возможности. Если ввести в гипноз на успокоении, то страх, наоборот, во время некой критической ситуации способен выбить человека из этого состояния. Но если он введен на волне страха, то можно закрепить эту эмоцию, как сигнал к трансу и способности в экстремальной ситуации повышенно управлять собою, например, обезболиться и даже перейти в ответную агрессию, в частности, взвести иммунитет.

Еще один частый случай представлен людьми с раздвоением желаний: сознательно просят о гипнозе, но подсознательно сопротивляются или, наоборот, выражают сомнение в возможности их загипнотизировать, но подсознательно просят о трансе. Тогда гипнотизеру приходиться раздельно обращаться к сознанию и подсознанию человека, пытаясь пояснениями согласовать их. Снять сопротивление гипнотизеру несложно, проявив глубину своих познаний, завоевав авторитет и доверие. Но преодолеть самосопротивление в человеке проблемнее. Такое подсознание никогда не пропустит внушения, если воспринимает его как непонятное, необычное, а значит, опасное. (Хотя у других людей подсознание, наоборот, положительно может реагировать на необычность – это индивидуальные схемы его поведения.) И только когда сознание примет объяснения и убедится в правильности всех действий, подсознание автоматически оценит это и начнет сотрудничать до следующего возмутительного для него события.

Например, один из моих трудных учеников, несмотря на огромное желание побывать в самогипнозе, выражал глубокие сомнения по поводу самообмана в операциях создания замков самосопротиления. Ему неоднократно пришлось объяснять, что внутреннее разделение и выбор интерпретации состояния не есть самообман, а лишь реализация одного из вариантов выбора в оценке различных психонейронных схем, а их много нестандартных. Он может сомневаться или нет – его право, но по первой дорожке пойдет, то ничего не достигнет, а по второй, получит желаемое. Когда до него дошло, то внутреннее сопротивление заметно ослабло. И ему придется еще немало потрудиться над собою. 

Сведем воедино наиболее важные представления, которые следует пояснить начинающему о гипнозе и гипнотрансе:

1.      Гипноз – это самогипноз с верою в психическую силу и знания другого человека, в то время как аутогипноз основан на вере в свои силы и знания. Это не означает, что гипноз равен самогипнозу: в первом случае, сознание представляет собою открытую в социум систему, а во втором, самозамкнутую, отсюда и различия в возможностях. В каждом варианте есть свои плюсы и минусы. Используя разные методики погружения (трансы, трипы, сновидения, гипноз и т.п.) и интерпретации событий, мы создаем разные порядки (последовательности) просмотра сознанием-подсознанием своих состояний и таким способом одно и то же пси-пространство упорядочиваем по-разному, получая разные миры (туннели восприятий). 

2.      Гипнотранс не обязательно происходит в видениях, часто важнее их оказываются распознание ощущений, что порождает смысловые озарения. Ведь главное, это результативность относительно поставленных целей: психологических или психосоматических. Глубина гипноза коррелирует с целями. Поэтому в зависимости от них поверхностный и средний гипноз часто эффективнее, чем глубокий. Таким образом, глубина транса (гипнабильность), степень внушаемости (способность некритично выполнять команды) и результативность внушения (получение намеченного эффекта) являются полунезависимыми/полузависимыми характеристиками.

3.      Погружение в гипнотранс и подсознание можно интерпретировать и как полет ввысь в надсознание. Система внушений во многом симметрична. Например, прогрессивное внушение в будущее можно описывать как взлет, а регрессию как погружение. Подробнее Б. Голдберг ″Гипноз третьего тысячелетия″. В то же время, есть и асимметрия: погружение – это торможение, а гипнотическое пробуждение есть возбуждение.

4.      Намерения-ожидания, мотивация, выбор, переконструирование схем сцепок, смена позиции восприятия и интерпретация – этот комплекс пси-механизмов достаточен для достижения всех возможных результатов. Например, какую бы регрессию или прогрессию мы не использовали, за-сознание способно найти причины нынешних проблем и в этой жизни, и в прошлых, и в будущих. А все дело в том, что работая с виртуальным миром сознания, мы находимся в вечности. А для нее назад или вперед, или параллельно без разницы. В отношении реальности лечения прошлым или будущим, то особенности виртуальной реальности таковы, что важно не столько конкретная форма транс-видений, как их интерпретация-осмысление и отношение к этим событиям. Реальность самих видений трудно определима, но, поскольку они генерируются вашим же за-сознанием, то ценность их для вашего развития и здоровья однозначно высокая. Перед сознанием возникают образы и актуальных и потенциальных событий, что в виртуальном мире почти равноценно. И кроме того, одно и то же по смыслу событие подсознательный конструктор может представить бесчисленными вариантами оформленных проявлений.

5.      Гипнотрансы приносят пользу только, если для них созданы полезные намерения и ожидания. Но иногда неверные ожидания или исполнение сводит пользу внушения на нет.

6.      Гипноз – не волшебство. Все происходит по закономерностям, действующим в психике и организме. Надо лишь правильно пользоваться знаниями и накапливать опыт.

7.      Результаты гипновнушения часто требуют нескольких недель, чтобы внушения из подсознания пробились в сознание. Погружение в глубокий гипноз чаще всего также требует многократных повторов, пока не создадутся активные рефлекторные дуги. И вообще, пока начнет развиваться зона нейронов, ответственных за гипнотехнику.

8.      Ратификация (признание наличия) гипносостояния зависит от ваших ожиданий. Не всегда происходит потеря памяти, произошедшего в гипнотрансе, или, наоборот, вы ничего не помните. В самом трансе нам часто кажется, что вы в нормальном сознании, да и вовсе не обязательно, чтобы сознание было спутанным. При выполнении поствнушения вам кажется, что вы все делаете по своей воле, а некоторые ощущают насилие – это лишь варианты интерпретаций, потому как можете, осознав причины, и не выполнять внушения, если не считаете оное разумным. Поствнушение – это завуалированная просьба и не более. В конце концов, важен лишь позитивный результат, а не ваши особенности в трансе.

9.      Гипноз может проявить лишь тот потенциал, который заложен в вас или уже создан вами, или ускорить создание новых потенциалов. Поэтому никакое гипновнушение не способно нравственного человека переступить нормы, но безнравственного или сомневающегося легко. Гипноз способен резко усилить тенденции психики. Например, усилить желание жить или привести к самоубийству человека с суицидальными наклонностями. Гипноз и самогипноз – это лишь психологический инструмент, а применять его на благо или во зло – дело выбора и оценки. Как и в обычной жизни, человеком управляет мотивация. Но есть слои подсознательного более глубокие, чем может достать гипнотизер. И вообще, все очень индивидуально в той мере, в какой у каждого специфичен мозг и личность.

 

 

Итак, остановимся на основном варианте. Пусть, вы дали свое полноценное согласие, т.е. пришли к соглашению о содействии друг другу ради поставленных целей. И гипнотизер просит вас быстро и не раздумывая выполнять его команды. А когда команды нет, то находится в состоянии внимательного ожидания, дабы мгновенно воспроизвести заданное движение. (Быстрая реакция важна, чтобы подсознание срабатывало раньше сознания.) Например, поднять руку то так, то сяк. И вы выполняете. Что же произошло? Только что вы были у себя под полным самоконтролем и вот уже кто-то управляет вашими движениями (но не вами в целом). Вы просто приняли решение передать ему часть полномочий своего сознания. Для этого вы интуитивно маркировали (включили, оценили, идентифицировали) виртуальный образ гипнотизера как часть себя: расширили и раздвоили свое Я с иерархией приоритетов относительно избранной сферы подчинения. Ваше состояние потенциальных возможностей определенного круга и готовности к соответствующим командам можно закрепить внушением в качестве состояния гипноключа нулевого уровня: все волевые команды к самому себе, ты будешь выполнять четко, без страха и сомнений, но мета-сознание будет периодически или непрерывно следить за меняющимися обстоятельствами и корректировать установки. Полезно будет, повторив этот ключ в более глубоком трансе, внушить амнезию на это внушение, сделав его косвенным или превратив в сновидение. Если внушения полностью или частично скрывать от сознании, то они действуют из подсознания, т.е. эффективнее. Аналогично, можно строить гипноз, путем разъяснения психотехники достижения состоянии или вызывая их косвенно, утаив истинный механизм. Выбор варианта ситуативен.  Например, можно вызвать эффект застывания взгляда, пояснив суть самосопротивления намерений и мышц, а можно использовать прием ″глаза в глаза″ и прямым образным внушением вызвать этот же результат.

Это как фокусник прячет от вас свою технологию иллюзии, оставляя вас пораженным полученной реальности, хотя может и удивить вас самой тайной фокуса. Иллюзионист создает эффект реализации невозможного явления, вызывая осознанное удивление, а гипнотизер создает аналогичную иллюзию в психике, но реакция на нее подсознания становится реальностью в психосоме как в полусубъективном мире. И в этом принципиальное отличие от фокуса. Отрыв от своих намерений, когда мы погружаем их вглубь подсознания и отцепляемся от них (в том числе забываем их, но помним их направленность) дает результат, который может выплыть из подсознания неожиданно в любое время как плод некоего автоматического независимого процесса.

Замечание. Основные приемы иллюзионистов: отвлечение внимание от главных действий, потайное их выполнение, относительность движения и прочих оценок (меняем поддающееся, а создаем иллюзию, что меняем невозможное.) Основной принцип иллюзиониста очень прост: говори обратное тому, что делаешь. Это правило придумали еще древние маги-волшебники. Основу иллюзионизма составляют три его неотъемлемые части:

Сценическое мастерство артиста.

Специальные психологические приемы.

Технические средства и приемы достижения магических эффектов. Но фокусы остаются фокусами и не более.

Гипноз – это искусство создания иллюзий, которые становятся реальностью.

Если посмотреть со стороны на введение в гипноз, на то, как на первый взгляд простое словесное жонглирование вызывает удивительные объективные результаты в психосоме, то возникает двойное чувство: либо это чудо, либо фокус. На самом деле, это и то и другое, но не то и не другое. При гипнозе используются прогнозируемые пси и био автоматизмы, которые предваряются как ожидание, а затем преподносятся как подкрепления достижения. Работают закономерности нейронных сетей. А слабые звуковые колебание воздуха, называемые речью, распознаются сознанием как коды, которые активизируют смысловые и эмоциональные реакции. Но они, в свою очередь, неразрывно связаны с электрохимическими процессами в мозгу. Таким образом, ловкость мысли и никакого мошенничества.//

 

  Вообще, методика ключа (частный случай постгипнотического внушения) – это просто фиксация внимания, позволяющая быстро вспомнить и войти в любое выделенное состояние или вызвать нужное действие. А ранее указанный ключ 0-уровня всем нам хорошо известен с раннего детства, когда он был у наших родителей. Если в самогипнозе наступает полная амнезия внушенного, то я никак не узнаю, делал ли я себе внушение в период транса и какое. Предположу, убедив себя, что делал, и оно будет работать, даже если я его и не создавал ранее. Вот такой парадокс отображения будущего в прошлое. Здесь также наблюдаем возможность рассоединения знания и памяти: знаю, но не помню, или помню в подсознании, но не знаю в сознании. Феномен существования по форме и отсутствия по содержанию: знаю, что было внушение, которого, на самом деле, не было. И наоборот, не помню и не знаю, то, что было, но помню по смыслу в подсознании. Это элемент управления, который может понадобиться.

Амнезия полная или частичная наступает естественным путем, например, в нормальном состоянии с частой сменой внимания (помнится первое и последние, а середина путается), потому как события накладываются послойно и с разной интенсивностью реакции на них. Амнезия на любые достаточно глубокие трансовые события происходит просто за счет последующего переключения зон и частот мозга. Вспомнить можно лишь повторно погружаясь в транс, воспроизводящий искомые ощущения. По опыту трипов знаю, как трудно вспомнить содержание недавних транс-событий. Видимо, и уход в глубокий транс тоже может вызывать амнезию внешних событий, ощущений, желаний, что мы и наблюдаем в большинстве сновидений.

//Относительность сознания и подсознания. Во время спуска, то, что недавно было подсознанием, может стать сознанием, выделив в себе еще более глубокий уровень, теперь называемый подсознанием. Но и обычное сознание теперь работает издалека в роли надсознания. А при подъеме, наоборот, сознание становится подсознанием при активизации более поверхностных слоев мозга. Это говорит об относительности и условности глубины погружения или всплытия. Впрочем, идентификация того, что считать сознанием или подсознанием зависит от особенностей выбранной системы оценивания: либо начало координат держим жестко в обычном сознании, различая лишь степени подсознательного и надсознательного, либо начало координат можно смещать, получая относительность оценок.//

 

Полезно будет отработать переход с передачей ключа гипнотизеру и возвращение его собственнику несколько раз, дабы усвоить этот психотехнический опыт. Например, после возврата управления (изменения фильтра в оценивании статуса команд), договоримся, что командир будет продолжать настоятельно требовать подчинения, но вы пассивно сопротивляетесь, потому как отказали ему в управлении собою. Но как только вернули ему полномочия, то сразу оказываетесь в некотором подчинении. Вы работаете с операциями разделения и соединения (локальных субцентров) внутри пси-центра управления своею личностью. В самогипнозе вам придется аналогичным образом передавать приоритеты командования разным своим самосознаниям. Чтобы ощутить момент передачи управления следует после принятия решения (потенциальное состояние) сделать задержку и лишь потом дать импульс на его выполнение (актуализация), а принять его уже в другой позиции самовосприятия. Этот переход требует направленного энергетического всплеска – волевого толчка. Интересно, что даже в очень глубоком гипнозе человек способен игнорировать команды, хитрить и прочее, что указывает на сохранение контроля над степенью передачи прав гипнотизеру. И тут каждый интуитивно устанавливает свою черту, за которую он никого не пустит.

Вставка. В армии критичность мышления солдата обходится при помощи социального гипноза. Иерархия в армии утверждает: приказы начальства не обсуждаются. За исполнение будет награда или не наказание, а за невыполнение точно наказание: от небольших до понижения в звании, социального осуждения, тюрьмы или расстрела. Это весомые причины, чтобы быть готовым выполнять задание без рассуждений. Но и тут многие, в меру возможностей, стараются уклониться от глупых приказов.

В случае нашего гипноза работает соглашение о ролях. Причем хорошему исполнителю обещается удовольствие, умения разного рода, польза, надежда, смысл и интерес, а сопротивляющемуся остается раздражение, болезни, старость, лысина и смерть.  //

 

В начале гимнастики повторения/подражания вы ретранслируете команды гипнотизера к себе, а затем все быстрее передаете их на реализацию, уменьшая период их анализа/фильтрации. Более того, если вы хорошо мотивированы, то будете стараться как можно лучше выполнить команды командира, чтобы заслужить его похвалу и увериться в своих успехах. (Эта привычка и объясняет, почему среди военных очень много гипнабильных, а среди уголовников их наименьшее число, хотя тут многое зависит от авторитетности гипнотизера, в их понимании  этого статуса.) Если же заранее к этому добавить некую идеологию, с которой солдат глубоко согласен, а тем более, если эти идеи разделяют многие или большинство в социуме, то человек уже загипнотизирован (убежден внушением и самовнушением) настолько, что готов изменить свою судьбу и даже пожертвовать собою ради идеи. Описанная ситуация сама по себе ни плоха, ни хороша – все зависит от содержания идей. Но она демонстрирует силу внушения с элементами поверхностного внушения-гипноза.

    Вообще, послушность (послушание во всех формах) - это одна из основ гипноза. Вуалирование своих команд или ретрансляций команд от гипнотизера происходит для ощущения их спонтанного или автоматического выполнения из другого центра управления в мозгу. Неспособность выполнить некоторые команды есть следствие наличия противоречий в последовательности команд или вмешательства логики самих физиологических процессов. Например, выполнив команду глубокого сна, физиология часто приводит к состоянию гипнокомы и тогда выполнить команду по поднятию руки невозможно. Или была команда по отсоединению от управления мышцами тела, а затем просьба подвигать рукой в качестве проверки. Ясно, что просьба противоречит первой команде. Какая будет выполнена? Та, которой гипнотик дал больший приоритет, а значит, многое зависит от того, как он понял гипнотизера.

Но вернемся к сеансу. Подчинение произошло путем передачи приоритета управления командиру, в роли которого гипнотизер. Теперь он будет просить выполнять движения, почти синхронно копируя его. Это аналог так называемой в психотерапии пустой кататонии – автоматическом бессмысленном повторении за кем-то его действий.  (Одни и те же эффекты наблюдаются и в нормальном, и в гипнотическом, и в психически нездоровом состояниях – это диапазон проявления одного в разных пси-обстоятельствах.) Тут запускаются механизмы подражания лидеру. Полезно также временно поменяться ролью лидера в движениях и дать возможность гипнотизеру, повторяя ваши движения. В результате устанавливается прямая и обратная связи, необходимые для командной работы.

Перед погружением эффектно работает каскад зеваний, кто кого перезевает. )) Во многих архаических религиозных течениях используется методика сонастраивания с лидером, даже в мелочах, что постепенно вызывает у ревностных адептов ощущение единой сложносоставной личности с ведущим центром. Повторяются не только физические действия, но и эмоциональные, и интеллектуальные движения, и, в целом, мировоззрение и мировосприятие. Здесь мы имеем дело с поверхностным проявлением могущественного аппарата наследования состояний за лидером с эффектом массового заражения любого знака. Идеокогнитивный эффект, когда чужие переживания становятся своими (сопереживаются и интерпретируются), распространяясь и на психосоматику. Именно через этот механизм внушения можно обучать ученика самогипнозу. Эриксон называл этот прием присоединением. Сам механизм возбуждения зеркальных нейронов можно ощутить, если сделать задержку между распознанием повторяемого движения, мысленным (симуляцией) его повторением и реализацией. Симуляция сопровождается специфическим движением в мозгу – это шевелятся зеркальные нейроны в сцепке с идеомоторикой глаз. Мы привыкли подражать – это ведь часть любого обучения. Вспомните, как с удовольствием перевоплощались в любимых героев, наследуя их манеру. А когда мы осуществляем симметричные движения, то одно полушарие подражает другому, ведущему. Например, одной рукой повторяйте движения за другой.

На более высоких ступенях метода присоединения, мы создаем виртуальный образ психики и физики изучаемого человека, подражаем ему в проявлениях настолько, чтобы интуитивно понять его стиль бытия, его персональную реальность. В нашей личности возникает модель-образ человека, с помощью которой мы прогнозируем его реакции и находим порты взаимодействия. Силу сонастраивания можно продемонстрировать таким примером, взятым из книги С. Горина ″А вы знаете, что такое гипноз?″: одни известный гипнотизер выводил людей из комы только за счет несколько часового подстраивания к дыханию и позе пациента, а затем резко вставал и это движение немедленно повторял больной, просыпаясь. Очевидно, невербальный сигнал шел через бессознательные резонансы в подсознание и оттуда за счет двигательной активности в сознание.

Далее вам предлагается совершать какие-то автоколебательные движения руками. Например, синхронные махи обоими руками как при толкании на лыжах. Вначале руки движутся одинаково. Вы частично отдыхаете, поставив оных на автопилот – подсознание приняло команду, а сознание частично отделилось (диссоциировалось) от него или с другой позиции оценивания: расслоилось в себе. Сцепка ослабла, но шестерни в миллиметре от повторного соединения и корректировки. Если вы чуть сильнее ослабите сцепку, то руки буду двигаться как бы сами, /это обеспечивает циклическое сопровождение команды в гиппокамповом круге/, а вы волевым способом не сможете их остановить, пока не восстановите соединение или через команду самовнушения.

//Для понимания: гиппокамп постоянно взаимодействует с неокорой. Гиппокамп – это быстрый онлайновый запоминатель кратковременного опыта, который позже в период сна «обучает» медленную кору с ее долговременной памятью уже в оффлайне, что мы часто видим в сновидениях. Совместно они, усваивая прошлое, ищут стиль и решение проблем, а также строят модель ожидаемого будущего, поведения и реакций в нем.//

Далее эти движения руками предлагается делать по очереди: центры управления руками в левом и правом полушариях до этого работали, синхронизируясь мостом больших полушарий, а теперь последовательно. И мы махаем руками как при ходьбе, причем одна рука подражает ведущей, например, правой. Потом, пусть правая рука выполняет иное простое движение, чем левая. Двигательные команды расцеплены не по форме, но во времени, что усложняет работу центров управления и еще координаторного. Теперь ваше внимание гипнотизер отвлекает на третью задачку, и вы вскоре замечаете, как движения рук на автопилоте сбились окончательно. Аналогичное можно вспомнить из обыденного опыта. Например, вы делаете привычные работы на кухне, но вас беспокоит какая-то проблема. Как только вы переключили на нее внимание, руки успевают произвести привычные действия, но совершенно не по теме и не так, как надо. (Например, взять с полки ненужную вещь или положить не туда, продолжать солить или лить воду в стакан за норму.) Это демонстрация расслоения между сознательным управлением и подсознательным с разной степенью их сближения и отдаления. Очевидно, такие автоматизмы подсознания не ориентируются в изменяющихся условиях, а действуют рефлекторно по разным частным признакам без общей логики процесса. Аналогично выполняется безальтернативная гипнотическая команда (жесткая программа) сомнамбулой, если не были заданы признаки ее корректировки или остановки. Например, вы будете крутить воображаемый руль в течении заданного себе времени и не будучи способным остановиться. Нечто подобное, хотя и в другом плане, я наблюдал, когда при деменции человек совершал бестолковые действия, не будучи способным анализировать их и вспомнить, как надо поступать. Не достигая цели и даже теряя ее, он очень уставал от напряжения или плакал от собственного бессилия. Очень печальная картина.

Теперь вас просят упереть ладошки рук друг в друга (молитвенный жест) и начать между ними соревнование, кто сильнее и передавит другую? Если вы правша, то думаете, что победит правая. Убедитесь, что победит та, которой вы с мета-уровня делегируете приоритет или установите ничью. Это показывает, как работает механизм самосопротивления. Отметьте, что вы создали два центра в разных полушариях и еще есть мета-центр в неокоре и в мосту мозга для их координации.

Вставка. Поскольку в гипнотрансах огромную роль играет доминирование образного мышления, то одна из практик состоит в искусстве контролируемого расцепления левого и правого полушария. Если рассматривать гиноз как особую форму коммуникации, то гипнотизер берет на себя работу засыпающего вербально-логического полушария у гипнотизируемого, а тот перекодирует его мысли в чувственно-образный язык своего активного полушария. В рамках магии глаз мы учимся десинхронизировать их движения. Например, двигательную активность одного глаза контролируем, накладывая на веко палец, и максимально расслабляем глазные мускулы, а другим глазом пытаемся делать произвольные микродвижения так, чтобы первый не отзывался.  Другой пример, смотрение через один глаз так, что другой остается открытым. Технически это достигается, например, выталкиванием выделенного глаза вперед и направление взгляда мимо переносицы. Можно еще вращать глазами в разные стороны и т.п. Напомню, что испытывал в первых трипах нечто подобное. И, оказывается, это был этап десинхронизации полушарий, свойственный новорожденным – глаза движутся не синхронно и не сразу находят фокус зрения. Теперь можно усилить их разделение, если производить самопогружение в гипносон, релаксируя только с одним глазом и половиной тела. Можно достичь состояния, в котором половина вас спит, а половина бодрствует. Тут есть момент. В трипах я часто наблюдал, как в левом глазу происходило цифровое наведение внимания, а в левом просто его поток. Причем я более правша, чем левша, хотя в детстве не различал разницы вообще. Так вот, не факт, что видимое, например, левым глазом означает работу правого полушария, потому что мы видим еще виртуальными глазами внутри мозга. А потому видения цифрового управления у меня, уверен, относились не к глазам, а к полушарию.

Обязательно предвнушение о том, чтобы синхронизация глаз полностью восстановиться после окончания упражнений. Применять гипноключ, у кого он есть, надо с огромной осторожностью, т.к. можно получить ″эффект хамелеона″, но в отличие от него, не факт, что восстановите способность к синхронизации глаз. Вообще говоря, это довольно интересное состояние, когда ты посередине (в зоне моста или его проекций на неокору), а глаза по бокам и управляются из двух центров, а также мысли (слева) и образы (справа) наблюдаются по сторонам от оси.  

 Вместе с техникой отделения глаз следует присоединить к ней собственно установку на рассоединение работы полушарий. Это, кроме психологической составляющей, осуществляется операцией торможения одного из полушарий: мы действуем через релаксацию мышц черепа и всего тела с соответствующей стороны, включая глазные мышцы. Усиление разделения позволит ярче проявить специфику каждого право-левого я-формирования: правое в большей мере отвечает за интуитивно-образное мышление, а левое за вербально-логическое и оно, в первую очередь, тормозиться при гипносне. Аналогичные упражнения, привязывая напряжение и расслабление глаз к степени тонизации мозга, можно проводить с передними и задними отделами мозга, играя с блоком личности (лобные доли) и безличностного мышления (теменно-затылочная область). Опять же управление происходит за счет торможения зон проекций на поверхность головы, привязки к ним, и при помощи перемещения Я-ощущения внутри мозга посредством изменения позиции глаз. Общая цель заключается в освоении максимального количества свобод в собственном психофизическом пространстве и выработке гипномышления, т.е. умения мыслить логикой гипнотрансов. Это главный ключ к успеху. //

Замечание. Все симптомы гипнопогружения вследствие торможения правого полушария можно увидеть в уже неуправляемом виде при глубоких его поражениях. Речь идет о глубоких изменениях личности и сознания: поскольку у больных с поражением правого полушария нарушается анализ сигналов, исходящих от собственного тела, их восприятие непосредственной ситуации в целом оказывается дефектным, а адекватная оценка этой дефектности отсутствует. Особенно часто наблюдаются явления дезориентации в окружающем, спутанность непосредственного сознания; эти нарушения маскируются у больных сохранной с речью. Сохранность вербально-логических процессов у этих больных при грубом нарушении непосредственного самоощущения и самооценки иногда приводит к многословию. Поражения правого полушария значительно чаще (в 7 раз), чем поражения левого полушария, приводят к нарушению нормального ощущения своего тела, или, как принято говорить в неврологии, к нарушению «схемы тела».

Близким к этим симптомам является симптом игнорирования противоположной (левой) стороны тела и левой стороны пространства, возникающий при поражениях правого полушария (односторонняя пространственная агнозия). Чувствительность левой стороны падает до нечувствительности, обезболивания и отсутствия ощущений. Размеры тела плывут, непропорциональны.

Поражения правого полушария (и особенно его задних отделов) часто приводят к своеобразному нарушению узнавания объектов, которое характеризуется утратой чувства знакомости их. Не идентификация и новизна восприятия. По книге Луриа. Поражение левого полушария https://zakon.today/psihiatriya-psihologiya_915/porajenie-levogo-polushariya-114209.html Подробнее Википедия. Синдромы поражения больших полушарий//

 

        В процессе погружения также используема магия глаз. Всякий шаг психического самопогружения сопровождается увеличением степени отцепления управления глазами (мышцами глаз) от управления внутренним зрением. Это важнейший момент. Аналогичное относится и к другим видам физ. ощущений. Так, отсоединение слуха позволяет слышать звуки психического происхождения (звуковые галлюцинации). Речь, по мере погружения, мы можем отсоединить от произношения в голос, затем от идеомоторных движений мускул, обслуживающих артикулярный аппарат, до перехода в сугубо психический звук. Мы можем слышать свой/чужой голос, не моделируя его произношение. Даже при необходимости сбросить оболочку слов, оставив лишь идею.

// Кстати, полезным упражнением будет поочередное выделение или отключение одного из основных пяти телесных чувств. А затем создание их синестезийной суперпозиции. И тут следует учесть примеры, приведенные Эриксоном в книге ″Глубокий гипнотический транс″. Например, гипнотическая глухота может быть существенно соединена с нарушением зрения и прочими эффектами. Это преодолевается тренировками по рассоединению нейронных зон, где это требуется потому, как сцепки иногда бывают ценными. Такие сцепки индивидуальны и не всегда изменяемы – это следует учитывать.

Далее, попав в зоны внутреннего зрительного пространства, мы можем запоминать его текущее состояние, а затем вместе с шагом самопогружения сворачивать (сошкрябывать, сжимать в шарик) это поле, оголяя или наращивая под/над ним следующий слой. Так мы обостряем чувствительность нейронов и получаем доступ к более глубоким процессам, а при наращивании покрываем слои, отправляя их в подсознание. Полезной практикой является последовательно развертывание и свертывание разных полей ощущения. Например, развернули зону ощущения мышц тела, затем ее сворачиваем, но разворачиваем пространство воображения и обратно.//

 

Сначала ваш руководитель командует словесно, затем вводит образность в движения (вы фантазируете в движениях на заданную тему), подключая ваше образное мышление, фантазию и аппарат перевоплощения. Это уже переход к медитациям со сцеплением с движениями, а затем, после отсоединения от тела, и с независимым воображением. Таков механизм углубления команд в психику: от внешних движений переходим к психическим. Мы можем наблюдать механизм сцепления и расцепления пси-мира с макротелом. Эффекты их непосредственной и отсроченной синхронизации.

//На этом этапе можно отработать простейшее разделение психики от тела, вызывая разные пары: (1) согласованное расслабление тела и сознания (посредством команды ″спать″, т.е. моделирование сна), (2) пробудить сознание, оставив тело в глубокой релаксации, но распознавать его как не свое, (3) усыпить сознание, но тело заставлять двигаться (состояние подобное тому, как вы сонный что-то делаете), как будто им руководите не вы, (4) согласованное пробуждение обоих аспектов. Эта практика предваряет осознание своей духовной природы и личностной многослойности для людей, чье самосознание слабо структурировано и еще плохо отделено от макротела.

Фундаментальной является операция самодиссоциации (саморасслоения и деидентификации принадлежности), т.е. не узнавания себя или своих проявлений является важнейшей в самогипозе. А достигается она путем увеличения расстояния между я-состояниями, паузами-разрывами в привычных непрерывных процессах и выворачиванием частей себя к себе, как к другому субъекту. Паузы связаны с деавтоматизацией отработанных действий в нейросетях. Иначе говоря, мы нарушаем (замедляем, приостанавливаем, меняем ход) стандартные процессы обработки информации на разных этапах в первичных- третичных зонах мозга. Мы, в какой-то мере, возвращаемся в раннее детство, когда еще только учимся управлять своими элементарными движениями и психикой.

Расслабление тела – шаг к отсоединению внимания от мускульной системы, от интенсивных биохимических процессов и успокоения гипоталамо-гипофизарной системы. Утяжеление есть результат снижения тонуса, а легкость и полет (невесомость) связана с большим отцеплением от ощущения скелетно-мышечных ощущений и снижением интенсивности дыхания. (Томография показала, что полет связан с успокоением легочного и сердечного центров.) Исчезновение ощущения тела – переход в более глубокий концентрированный на себе пси-мир. Но мы можем по-другому: оставить лежать тело, а выделить виртуальный двойник тела-себя и вызвать в нем чувство зависания над телом и полета. Тогда, отправляя двойник в сновидную виртуальную реальность, получим вылет в транс-мир. А направляя в виртуальную копию внешнего мира, получим вылет, похожий на экстериоризацию. Здесь возможен переход в более объективные внешние психофизические поля. Операция копирования, как отделение виртуального образа от другого образа – одна из основных. Например, слегка приподняв двойник своего тела, можно произвести в нем некоторые процедуры и опустить обратно в оригинал.//

 

    Обучение медитационному (в неглубоком погружении) управлению миром воображения дает человеку опыт, который будет полезен в глубокой психонавтике. Первые команды по психонавтике желательно реализовывать в мирах, создаваемых воспоминаниями и лишь позднее работать с чистым воображением. Учимся совершать движения, стандартные для управляемых сновидений, но под командами ведущего и раппортами об исполнении от ведомого. Поиграть с детализацией, масштабом, яркостью, резкостью, частотой кадров, подключением/отключением разных типов ощущений (каналов связи). Визуалировать разные ландшафты природы, животных, города, людей. Полетать, поплавать, покататься и т.п., выбирая то, что испытуемому хорошо знакомо. Можно ограничиваться визуальными маневрами, но позднее следует подключить спектр эмоций, вспоминающийся в избранные моменты жизни.

Можно смоделировать положительные и отрицательные галлюцинации. Представьте себе, что вы сидите у себя в комнате и по команде, например, стол исчезает (-), а на его месте вы видите огромный цветок (+). Как это возможно? Вообразить такие картинки не сложно. В среднем по глубине трансе с закрытыми глазами вы можете переместить воображаемый объект (идеальный образ) из затылочно-теменной области вперед по зрительному полю и увидеть его как бы перед глазами – подобно яркой картинке сновидения. Если это изображение будет передано во вторичную зрительную зону нормального зрительного восприятия и с более высоким приоритетом наложено на ее образы, то уже в третичную зрительную зону придет реальность со встроенной галлюцинацией. (В трипах можно наблюдать разницу в видениях. В первичных зонах зрения мы видим-слышим только элементарные образы (фотопсии): вспышки цвета и ноты, цветовое и звуковое поля, неясные простейшие их движения. А во вторичных слоях уже видны статические образы, картины, аккорды, даже композиции. В третичных уже синтез цвето-звуков и других чувств в единой картине реальности.) В принципе, образ из третичной зоны, наверное, может быть послан прямо на сетчатку глаз или первичную зрительную зону, а эхо-реакция оттуда, усилившись настройками, вернется в сознание. Результат неотличим от реальности, если галлюцинацию не проверить не загипнотизированными органами чувств, например, пощупать или попросить мнение независимого наблюдателя. Если же мы имеем дело с би-трансом, то получим два параллельных изображения: со столом и с цветком, раздумывая, какой вариант материален, а какой виртуален. Следует отметить, что галлюцинации не всегда привязаны к определенному участку зрительного поля, а чаще носят смысловой характер.

Галлюцинации в осязании (тяжесть, тепло, оцепенение и пр.) вызвать относительно несложно, но со зрительными образами и слухом все гораздо сложнее, потому как эволюция жестко закрепила соединение с ними в целях выживания. Человек может отсоединить свой виртуальный мир от зоны текущего восприятия. Тогда его глаза и уши продолжают все видеть и слышать, автоматическая память регистрировать, подсознание простенько анализировать, фильтровать, вытесняя и замещая. Но в выделенную сферу сознания придут лишь разрешенные подсознательной цензурой ощущения. Механизм воплощения такой возможности каждый может извлечь из памяти, когда он, сосредоточившись на чем-то, не видит и не слышит ничего иного, или замечает, но не анализирует как неважное. Это контрастная фильтрация входящих сигналов. В обычной жизни такая концентрация непродолжительна и непроизвольна, а в гипнозе такое сверх сосредоточение стабильно и управляемо. Хотя сами по себе галлюцинации не имеют ценности по содержанию, но могут быть полезные для эхо-реакции на такую искусственную реальность.

В современных техниках на этапе моделирования трансовых реальностей начинают углублять гипнотическое состояние, но это имеет смысл, если задачей будет перемещения сознания в стиле трипов (виртуальные миры) или прогрессии/регрессии в эту и прошлые жизни, и т.п. чистая психонавтика. Ньютон водил гипнотизируемых час и более по воспоминаниям, потом по конструируемым мирам, чтобы, разработав нейропути, потом получить спонтанные, но целенаправленные видения от подсознания. Причем требовал немедленных описаний и ответов, чтобы обычное воображение не успевало включиться. Но для работы с биологией человека, вероятно, нужна несколько другая техника и точка входа. Хотя и обычные трипы (в своей первой части, до начала экстаза) предоставляют уникальный материал по временной деавтоматизации и расслоению разных мозговых центров. И мы можем наблюдать их работу пошагово изнутри. Начинающего это может испугать, но все дело в его настройках и опыте. Гипнотизер, не имеющий опыта трипов, многого не понимает во внутреннем психонейронном мире человека.

Проведем следующие операции. Введем в виртуальный мир двойник своего тела. Визуализируем его движения. Теперь отследим три состояния: первое содержит движения виртуальные, не затрагивающие соответствующие макротела, во втором производим слабое сцепление между ними и наблюдаем легкие идеомоторные реакции. Например, двинули виртуальной рукой – дернулась материальная. Третье - полное сцепление, когда, например, макро-рука повторяет движения виртуальной. Или наоборот, смотря кто ведущий. Делая маленькую задержку в повторениях, ощущаем механизм передач. На нейронном уровне он представлен передачей импульса от нейронов, виртуально описывающих движение рук к двигательным нейронам (гигантские пирамидальные в лобных долях), вырабатывающим более сильный импульс для мышечной активности рук. Выполняем самосопротивление: пусть, рука виртуальная противостоит движению физической, кто победит? А физическая в мозгу тоже виртуальная – получаем борьбу виртуальных рук и рассоединение зон. Аналогичные упражнения по толканию/притягиванию энергией из глаз своей ладони. (Я не взял здесь энергию в кавычки, потому что слабый эффект прямого излучения эм-поля таки есть.) Здесь ощущения из двигательной зоны глаз генерализируются, покрывая собою мышечные ощущения рук. Как могут глаза тянуть руки? Все дело в приоритетах: кто ведущий. Получаем новую схему управления движением. Зачем? Чтобы понять суть гипнотизации.

Если нам надо перейти к более мощному воздействию, а именно, на более глубокую физиологию, то придется углубиться в подсознание. Поскольку зрение и слух наиболее связаны с внешне-ориентированным сознанием, то посредством них пробуем затормозить последнее. Мы вызываем залипание взгляда на внешней точке – это может быть взгляд индуктора, а слух приковываем к его голосу, осуществляя гипноз наяву. Вызываем эффект туннельного зрения и слуха за счет усиленного внимания на гипнотизере. И эта привязка послужит местом крепления при спуске сознания в подсознание, где оно теряет ориентацию и привычные возможности.

Замечание. Росси пишет: ″При традиционном стиле прямого внушения терапевт часто говорит пациенту, чтобы тот слушал его голос и не обращал внимания ни на что другое. Это подход, эффективный для прямого внушения. При косвенном внушении, наоборот, Эриксон обыкновенно говорит пациентам, что они могут не слушать его голос. Пациенты позже сообщают, что во время транса они потеряли связь с голосом Эриксона и не всегда знали, о чем он говорит. Это можно принять как показатель типичного развития индивидуального трансового пути, личной психодинамики".  И тут имеются две разные модели гипноза: (1) обычный гипноз со сверхрелаксацией (гипносном) и очагом возбуждения для раппорта и (2) гипнозом наяву с очагом свехвозбуждения на фоне нормального сознания с раппортом. Кто стоял в спарингах знает, что такое сверхконцентрация на противнике. Ты не видишь и не слышишь ничего, кроме него, и находишься в высочайшем напряжении – готовности мгновенно и адекватно отреагировать. Это сомнамбулизм в самогипнозе при помощи обстоятельств.

Имеются переходы между указанными состояниями. При сверхвозбуждении (шоковом гипнозе) мозг со временем и словесном успокаивании перейдет в фазу утомления и гипносна, а по восстановлению сил в последнем возникнет внутренний очаг возбуждения с раппортом. Если выход в обычный сон, то потом будет возврат к нормальному бодрствованию.

Отдельно упомяну гипноз на базе деконцентрации. Деконцентрация – это концентрация сразу на всем потоке восприятия без выделения отдельных частей. Опять же в спаринге требуется видеть сразу все операционное поле равномерно, что быть готовым ко всему. Поясню: глаза имеют центральное и периферийное зрение и соответствующие формы внимания. Когда принимаешь все зрительное поле, не выделяя ничего, то получаем искомое. Причем сведение восприятия к поверхности глаз позволяет получить один из эффектов новорожденного: восприятия внешнего мира плоским – он не видит перспективы. К полной деконцентрации можно прийти путем суммирования всех полей восприятия от всех органов чувств. Деконцентрацию можно перевести как в гиносон из-за утомления сенсорной и информационной систем, так и в сверхвозбуждение с зависанием восприятия на полноте восприятия. Замирание взгляда принципиально, т.к. именно неподвижный глаз очень плохо видит (как в тумане), и сосредоточение автоматически переходит в виртуальный мир. Установлено: разрушение лобных долей вызывает неспособность к сложному поведению и потере доминантной цели, а побочные-второстепенные события, наоборот, становятся сильными раздражителями. Поэтому когда мы сосредотачиваем внимание, деконцентрируясь на фоне, лобные доли тормозятся, а с ними и обычные пси-программы. //

 Обычно позднее ведомого просят закрыть глаза, чтобы внутренний мир стал ему более доступен, а внимание осталось только к звуку голоса. Глубокая релаксация глазных мышц с передачей состояния на мышцы тела резко погружает человека в свою психику. Далее нам надо отделить поверхностное сознание от более глубокого. Для этого используем внушение на самосопротивление. Вспомните, как часто одна часть вашего Я не хочет выполнять какие-то действия (не хочу и не буду), а вторая, более глубокая или, наоборот, поверхностная говорит вам: ″Надо! Делай через не хочу и через не могу″. Сопротивляются волевое я и эмоциональное. Какое из ваших Я преодолеет другое, зависит от решения мета-Я, которое присвоит приоритет одному из них, т.е. присоединится, перевешивая чашу весов. Мы также можем заметить разницу между поверхностными своими намерениями и принятыми в качестве глубинных внутренних решений. Последние уже коренятся в подсознании.

Итак, просим ближайшее подсознание запретить открывание глаз, а сознание попытаться их открыть. Это достигается за счет разделения и подчинения соединяющих и рассоединяющих мускул разным пси-центрам управления. Чем больше человек старается открыть, тем сильнее противодействует подсознание – они отталкиваются, что и увеличивает разрыв между ними. (Действие равно противодействию.) Пошаговое усиление внушения на погружение в себя есть не что иное, как увеличение расстояния между поверхностью и более-менее контролируемым подсознанием. Активизируя вставочные интернейроны (осознавая этап их активности), мы открываем возможность для разрезания (точнее размыкания) прямой связи между уровнями-состояниями и для создания состояния-посредника – мета-наблюдателя, фильтрующего команды и сигналы в обе стороны. Фильтром служит простая воображаемая реальность, но в стадии высокой интенсивности. Полноценное размыкание проявляется тем, что человек действительно не может своею волею совершить ряд обычных действий, пока не обратиться за разрешением/помощью к мета-уровню посредством собственного ключа/кода и, в частности, команды гипнотизера. Представьте, что два центра на электросхеме соединены проводами прямой и обратной связи. Мы их разрезаем и вставляем двойные-тройные переключатели, которые могут пустить ток по альтернативным линиям, где установлены фильтры сигналов. Причем выключатели могут быть как простые двухпозиционные (вкл-выкл), так и плавные релейного типа. 

После этого можно, не выводя человека из его глубин, разрешить открывание глаз – переход или возврат к гипнозу наяву. Можно поиграть с командами, то разрешая прямое управление мышцами глаз, то через механизмы виртуальных сил по типу «всплывания рук», то соревнуясь в самосопротивлении. Последнее тренирует силу обоих сторон.

Вставка. Известно, что в космосе или другой изоляции от суточного ритма планеты у человека восстанавливается биоритм сна-бодрствования, не свойственный циклам Земли. Оказывается, что и всплывание рук – естественная позиция, когда космонавты спят на спине, будучи на орбите. Некоторые из них, в условиях ослабленного или отсутствующего магнитного поля и мышечной релаксации в невесомости испытывают видения, подобные триповым или гипнотическим.//

 Еще один интересный метод само расщепления сознания связан с отделением одного типа восприятия от другого. Так зрительное восприятия своей руки без осязания ее телесности, вызывает ощущение потери связи с нею, как с чужою. И тогда, после некоторого самоуглубления, она попадает под управление подсознания с доступом к ней только по ключу. Так получаем эффект автоматического письма, когда первое сознание в гипносне, а второе отвечает на вопросы. Кто будет представлять за-сознание может установить гипнотизер. Опыты Эриксона показывают, что сознание может не знать, что сообщает выделенная субличность, или слушать и не понимать, или понимать, но спорить с нею, или наблюдать и сотрудничать. Последнее хорошо демонстрирует состояние бойца в спаринге: сознание собрано в наблюдение и безмыслии, а управление передано интуитивному подсознанию, определяющему реакции и стиль своего поведения.  Мы можем из мета-позиции повысить статус такого подсознания до субличности и даже присвоить ей имя.

Поток восприятия у человека скорее всего один, но создавая информационные личностные структуры, мы расщепляем  этот поток, перенося доминирование в желаемую персональную оболочку и вставляя блоки на восприятие и запоминание того, что проявляет избранная личность. В нашем демонстрационном примере ученику предлагается некая личностная история, качества, самоощущение, новое имя, мировоззрение, манера поведения и стремления. А далее он соглашается играть эту роль. Вживается в нее, насколько может, насколько она ему симпатична и разработан пси-центр переотождествления.

В принципе, отщепленной личности, вместо письма, можно временно отдать управление голосом или внутренним голосом. Но гораздо проще отследить границу восприятия всплывающих из за-сознания мыслей-озарений в обычное сознание, в ответ на его вопросы-намерения. Сложность лишь в операции глубокого разделения позиций, привычно распознаваемых  как одно целое. Ведь все разделения уже в нас есть, но они не осознанны, не ощущаемы. Поэтому следует обратить на них внимание и усилить центробежные тенденции раздельным деавтоматизированным управлением и выборочным самосопротивлением. По большей части подсознание представляет одно из полушарий, мыслящее синестезийными ощущениями, а разнообразие задается сменой позиций восприятия (заданными характеристиками) в рамках этого стиля мышления. При блокировке логического полушария и переходе к мышлению ощущениями можно привязать психологический распад обычной личности и пробуждение глубинной. Это делается через самоидентификацию, которая сбрасывая оболочку понятийного слоя, превращается в определенное ощущение, а затем расширяется во все более неопределенное, но фоново интеллектуально распознаваемое в согласии с концепцией уровней сознания.

В итоге, получаем новый источник информации, ее трактования и нескованный привычным самоспротивлением центр действий. А далее наращиваем психическое превосходство подсознательного с его расширенным самоощущением, расширенной памятью и биохимическими автоматизмами над умом, привязанным к внешним потокам ощущений. И здесь опять же все дело в степени туннелирования внимания. Применяя тот же метод, можно просить подсознание жестко фиксировать туннель восприятия, не позволяя сознанию отвлекаться. Очевидно, это противостояние, которое может быть выражено и мускульными зажимами на первой стадии, а потом их релаксации, при стабилизации. Задача ведущего привлекать и удерживать внимание ведомого, а того следовать пути. Но в случае с самогипнозом это может оказаться проблемой, особенно в окрестности утраты самоконтроля. Здесь может быть полезным отделение от себя управляющего в качестве внешнего субъекта. При этом подсознание выводит авторитетную своим интуитивным знанием субличность на уровень управления личностью. Но при методе сверхвозбуждения это может быть и надличность.

Все эти внутренние разделения, привязки, фиксации, идентификации могут показаться иллюзией, игрой с самим собою. Да, это игра, но мастерская. Любой гипноз – это игра. И можно было бы забыть о нем, если бы удивительные возможности гипнотизации. Вся наша жизнь – Игра, но мы можем увлечься ее до той степени, что она станет Реальностью. 

Еще раз уточним, кто погружается и куда? Имеется пси-пространство сознания. Поверхностное сознание временно тормозится, а внимание погружается, отдаляясь от поверхности до предела, за которым пробуждается новая позиция сознания, именуемая подсознанием. Если это внимание связанно с мета-контролем над трансом, то оно будет зафиксировано на каждом самогипнотическом этапе. На нейроуровне происходит движение с торможением или возбуждением слоев, сетей и определенных зон мозга, с активизацией тысяч ген и синтезом разнообразный нейрогормонов на каждом уровне. Если говорить о философской сути процесса, то поверхностное Я-могу или Я-Бог погружается в новые условия глубокой психики и не более того.

При погружении гипнонавту приходится оставить почти все знание о себе на поверхности (усыпить или затормозить не нужные сферы себя), чтобы никакой груз не мешал его полету/спуску. Это маленькая смерть. А затем пробудиться в новом состоянии. В дельта-ритме самосознание исчезает, а с увеличением частоты разворачивается в новых условиях. И тогда поверхностное сознание можно опять активировать, но с новыми фильтрами восприятия. Опыты Эриксона доказывают, что человек в глубоком сомнамбулическом состоянии по команде-просьбе способен вести себя так, что его состояние внешне будет практически неотличимо от обычного. Это говорит нам о том, что и само гипнотическое состояние есть иллюзия, создаваемая искусной психологической конструкцией. Все возможности гипноза совсем рядом, за легкой занавесью. Это относится и к психосоматическому гипнозу, в котором сопротивление создают нейроны и гены. 

Усложним задачу. Пусть одна рука напрягается, а другая расслабляется. И задаем сцепку: чем больше одна напряжена, тем сильнее расслаблена другая. В дальнейшем, такие режимы рук могут стать ведущими для релаксации всего организма, потому как создавая контраст, дают более мощные эффекты расцепления полушарий. Аналогично, можно повышать чувствительность одной руки и на этом фоне обезболивать или вовсе лишать чувствительности в другой руке. Гиперчувствительность рождает гипер-не-чувствительность. Если же мы контролируемо рассоединим обычную синхронизацию левого и правого полушария, то такая ситуация очень выгодна для внушений. Ведь одна часть мозга сможет обращаться к другой как разные субличности или просто высвободить специфические возможности, временно утратив те, которые дает их стандартная сонастроенность. В мета-позиции возникает интересное состояние, когда ты как бы посередине, а глаза по бокам и управляются из двух центров. Аналогично, мысли и образы наблюдаются по сторонам от центральной оси. Их тоже можно заставить работать по разным темам, увеличивая диссоциацию. Со временем степень разделения растет, но заканчивать такие процедуры всегда надо поствнушением о восстановлении синхронизации.

Внушения во сне тоже очень эффективны. Множеством врачей отмечено, что присоединение гипноза к естественному сну дает одну из лучших анестезий. В дальнейшем подобный сон можно вызывать самогипнозом. Кроме того, это означает, что можно проводить довольно эффективные самовнушения при входе/выходе из обычного сна в управляемое сновидение. См. также Г.А. Гончаров "Воспитание во время сна", где автор привел много примеров успешного применения. Этим простым способом прекрасно излечиваются многие психосоматические проблемы детей: заиканье, мочеиспускание, хорея, нервозность и т.п. Взрослые тоже хорошо реагируют на внушения им во время сна. Если мы накладываем на свои внушения табу на осознанное их вспоминание, то они действуют из такого искусственно созданного подсознательного уровня. Мы, в обычном состоянии, не помним содержания или даже факта создания намерений, но они действуют на интуитивном уровне, влияя на наши решения и интерпретацию событий. Такого рода мины замедленного действия, могут приводить как у психосоматическим болезням, так и к исцелениям в зависимости от того, с какой целью они были созданы. К сожалению, вред так тоже можно нанести человеку. Но нормальный человек отделается только нервозностью и плохими снами, а гипнотик может пострадать сильно. В то же время, внушения в гипносне оказывается слабым средством для исцеления соматических болезней. Казалось бы, обычное сознание спит, что еще надо? Оказывается, не та интенсивность реальности внушаемого. А в медитационном состоянии легкого гипноза, несмотря на еще высокую активность обычного сознания, результаты лучше. Видимо, из-за присоединения гипновнушений к обычной реальности.

Картографию сознания можно произвести, например, по его функциям, т.е. разделить на состояния с разными задачами, свойствами, потоками восприятия, с соответствующими самоидентификациями, включая безличностные (не знающие о своем существовании) и многоличностные. Потоки ощущений можно трансформировать-проецировать в заданные области тела и психики, как на уровне ощущений, так и без таковых в виде количественной оценки. Например, правое полушарие не чувствует боль вследствие блокировки-фильтрации, а левое сообщает о ее интенсивности в виде информации об аналоговом состоянии сигнала, не ощущая боли, подобно роботическому отцифрованному реагированию. Возможно, мы еще отделяем первичную (набор сигналов) от вторичной (в общих чертах и выделенных модальностях) зоны восприятия и от третичной (целостное синтезированное восприятие). И получаем, что первичный уровень составлен нейросигналами, характеризующимися частотой, энергией, локализацией, но еще не прошедшими преобразования в ощущения сознания. Далее идет слой с вполне ощущаемой болью, но из-за отсутствия самосознания на данном уровне нет ее идентификации как боли – это боль бессознательная. Слой, распознающий боль понятийно, но остающийся в за-сознании выдает сообщение о боли и ее силе, но без осознанного ощущения ее. И лишь нормальное сознание распознает и ощущает боль как боль, если она пробивается к нему без интерпретации ее подсознанием как нечто отличным от боли.  

Одна часть сознания может погружаться в гипноз и спать, а другая наблюдать и вести события. Образное полушарие сновидит, а аналитическое на страже или наоборот. Обычное сознание на поверхности может спать, а глубокое сознание в трансе возбуждено или, наоборот, глубокое спит, а обычное сверхвозбуждено и галлюцинирует. Это похоже на качели возбуждения-торможения зон мозга и психики. Если дать разные имена этим состояниям, то можно наделить их разными личностными качествами и создать зародыши многоличностности. Иначе это деление в рамках моно-личностности.

Каким гипнозом лучше пользоваться? Косвенным или прямым, директивным или мягким, сновидным или наяву, интеллектуальным или образно-эмоциональным? Все методы и подходы дополняют друг друга под управлением мета-уровня гипнотизера, контролирующего все операционное пространство.

 Общая конструкция транса понятна: свое или чужое мета-сознание ведет общий контроль над процессом (соотношениями, приоритетами, целями и алгоритмами-планами) в теле сознания – там, где разворачивается основная игра. Моно-сознание начинает с обращения к себе в монологе внушений, делится на два состояния с диалогом, ветвиться по функциям, характеристикам, возможностям. Ветвление можно усилить, развивая вокруг избранных позиций отдельные субличности, и даже объективизируя их как самостоятельные. Их речь можно слышать, их самих ощущать с желаемой четкостью образов, но лучше держать некий мета-контроль, чтобы не произошло шизофренизации. Эти личности можно развивать так, что они будут все более дифференцироваться, специализируясь на своих персональных характеристиках. Например, сильная агрессивная с твердым бесстрашным характером будет просыпаться со своею моделью поведения, и создавать свою историю жизни (выборкой и интерпретацией реально произошедших жизненных событий, хотя и конструируемые не запрещены), усыпляя иные субличности, а те потом просыпаться и следовать своим интересам. (Это может быть, например, пара мужской и женской персон с особенностями их психологии.) Или они буду жить параллельно, но интерпретируя события и выбирая информацию каждая по-своему. Конфликты между ними в плане интересов и команд решает мета-сознание. Это усложняет поведение, замедляя реакции, что делает последовательную активизацию субличностей или моно-личность в большинстве случаев более выгодными состояниями. Вообще говоря, сознание-подсознание каждого уже многоличностные во времени и по блокам – эти личности создаются и прикрепляются к каждому моменту времени их проявления и к характеристикам их идентифицирующим. Многоличностность – естественная адаптивная реакция на реальность, а также результат дискретности самосознания (частота и амплитуда самовосприятия) в макротелесном мире. 

Отмечу еще и тот факт, что при передаче управления командиру человек из нормального состояния сознания может делегировать только то, что ему подвластно. А скажем, разрешить командовать его выздоровлением он может только как потенциальное разрешение, потому как не имеет этого рычага управления собою. Но даже это потенциальное разрешение можно будет активировать, если удаться дойти до соответствующих слоев подсознания (характеристик эм-поля мозга), прилегающих к бессознательному. В подсознание мы входим, частично усыпив сознание или отвлекая его, а как усыпить верхние слои подсознания или отвлечь их внимание? Все команды к себе являются вербальными (или жестовыми) или интуитивно-смысловыми, а потому без понятийного центра мозга нам не обойтись, хотя бы фоново активного. В тоже время, поскольку бессознательное понимает лишь язык электрохимии, то сознание и подсознание мы легко обходим с помощью внешних средств в виде физио и химие терапии. Однако эти крайние позиции могут быть связаны эффектом плацебо и антиплацебо. Решение лежит где-то посередине диапазона субъективного и объективного и в композиции разных подходов. Например, сила гипновнушений увеличивается в разы, если мировоззрение человека совпадает с требованиями команд. К примеру, ни один гипнотизер не может внушить человеку полную остановку сердца, но это легко делают шаманы в первобытных племенах, потому как такое событие считается там социально и мировоззренчески обоснованным.

Ни одна линия углубления (пси-программа) не дает глобального погружения в подсознание, а потому следует подключать погружение/взлет по другим линиям. И наиболее мощное воздействие оказывает пси-центр памяти. Гипнотическое овладение его функциями относят к показательной фазе входа в сомнамбулическое состояние. Основная операция – это гипнотическая амнезия – внушение временного забывания/блокировки любой информации, а на этом фоне возможно вспоминание давно забытого. Обычно предлагают забыть цифры, но можно дезориентировать в пространстве (положении тела, месте пребывания, названии планеты и т.п.), в дате и времени дня, года, тясячелетия. Особенно важным забыванием является потеря самоидентификации – состояние неопределенности себя. Например, Кэннон вводила психонавтов в состояние самоощущения, подобного облаку (однородный фрактал на любую глубину), а из него отправляла в другие жизни. Из неопределенности себя легко начать трансперсональные преобразования, включая реинкарнационные регрессии и прогрессии. А какова их реальность? Ведь занимая определенную позицию восприятия, мозг может смоделировать желаемое. Это правда, но и вся внешняя реальность – это тоже результат конструирования подсознанием. Реально мы видим на первичных зрительных зонах только мозаику сигналов, пришедших от глаз. Все остальное суть созидание и достраивание. Поэтому в считывании любого состояния и результатов вспоминания есть истина, а в какой форму ее проявит мозг нам неизвестно. Но можно пытаться отследить.

Механизм амнезии типичный для гипноза: нащупываем импульс вспоминания чего-то. Подсознанию внушается запрет на вспоминание (= вспоминаем привычное ощущение, как будто что-то не можем вспомнить – этот механизм часто работает и через подражание: как только один забыл нечто и спрашивает другого, то и тот не может вспомнить), а после укоренения блокировки предлагаем  сознанию вспомнить – идет борьба на самосопротивление. Механизмов амнезии несколько: как запрет на вспоминание, как изменение частоты мозга в диапазоне сон-бодрствование, и через частичную блокировку мышления: не узнавание, не понимание. На каждом ее этапе внушаем углубление в себя, чтобы растянуть стороны как можно дальше друг от друга и разорвать связь. Тут часто помогает повторная индукция: неоднократный ввод и вывод из транса с постепенным увеличением глубины. Техника забывания может быть и через образы, например, прилив волн, стирающих записи с песка вашей памяти.

Считается, что после эффекта забывания личность находится в сомнамбулизме и теперь можно вызвать обезболивание. (Элман сделал важное открытие: любой тест на стадию гипноза следует использовать и как прием на углубление состояния.) А как обычно человек реагирует на боль? Если он сосредоточиться на ней, то она усилится. Поэтому мы автоматически делаем отталкивающие движения глазами от этой зоны, пытаясь идеомоторикой как можно дальше увести от нее внимание и самоощущение. Это напоминание о том, что перемещения я-ощущения внутри мозга привязаны к разным состояниям. Например, при самогипнозе удобно мета-наблюдателя связать с поверхностью теменной областью, поверхностного управителя с лобной, а исполнителя с глубокой затылочной локализацией. Можно по-разному расставить приоритеты. Или делить сознание по степени глубины самоощущения, или разделяясь на левую и правую личность. (Все перечисленное обусловлено строением мозга: отделами, слоями, долями.) Соответственно производить соединения или разделение зон. Эти привязки облегчают фиксацию границ состояний и отслеживание процессов.

Доктора Гельмут Карл и Дженнифер Бойз в книге ″Гипнотерапия″  сообщают, что эксперименты, в которых использовались либо идеомоторные сигналы, либо автоматическое письмо, показали, что субъект на самом деле продолжает осознавать боль, но на том уровне сознания, который отделен и не соприкасается с основной сферой осознания. Правильнее сказать, что аналоговое восприятие одного полушария заблокировало боль, вставив фильтр из некоего образа-ощущения. А другое полушарие воспринимает боль, но ″отцифровывает″ ее силу. Уточним: в первых слоях первичной зоны принятия сигналов от органов чувств безличностный нейросетевой интеллект имеет дело с простым набором электрохимических сигналов, а в верхних слоях и во вторичных зонах анализаторов уже можно говорить об идентификации разных ощущений, но часто без переживания их качества, если сознание-внимание не воспринимает их. (Например, анализаторы боли принимают ее и подсознание фиксирует ее наличие, но в сознании боли нет в момент отвлечения внимания.) Таким образом, если вывести подсознание параллельно с сознанием, мы будем знать о наличии боли и ее характеристиках, но не обязательно чувствовать ее как боль. Авторы также отмечают, что современные теории восприятия боли утверждают, что в целом боль является результатом скорее процесса интерпретации, чем прямого восприятия, по крайней мере, в отношении ее пагубных свойств. При внушении ощущений онемения или охлаждения и т.п., они интерпретируется как обезболивание. То есть создается привязка одних осязаний к другим. Боль, уменьшенная до нормы и трактуемая как позитивное переживание, может переживаться без страдания и даже быть приятной. Таковы многие физические и, в частности, половые ощущения.

//Ранее упомянутые Карл и Бойз в книге ″Гипнотерапия″ описывают насколько пластичной может быть анальгезия (анестезия). Вызвав ее в руке, можно генерализировать (распространить) это ощущение в любое место тела простым прикосновением этой руки к нему. Например, всю чувствительность можно сосредоточить на кончике пальцев, а остальное тело обезболить. Можно нарисовать на теле кружок и после внушения боль не будет ощущаться именно в нем или, наоборот, только в нем ощущаться. Авторы считают, что выход для боли в сознание следует оставлять, чтобы не было внутри-психических противоречий, когда подсознание фиксирует боль, а сознание отрицает. Однако если достичь торможения именно зоны болевого восприятия, то боли не будет и в подсознании. Подтверждением тому служат люди, врожденно совсем не испытывающие боли. Истинные сомнамбулы, как нам известно, могут спокойно переносить сложные операции на теле, улыбаясь при этом. Тут хочется привести из книги Ошо историю суфия Мансура аль-Халладжа (Подробнее Википедия), которого казнили за то, что он утверждал: я есть Бог, потому что никого другого кроме него нет. ″Он смеялся, — а его распятие было более жестоким, чем распятие Иисуса, так как мусульмане более неистовы, более фанатичны, чем иудеи и римляне. Сперва они отрубили ему ноги, затем руки, потом ослепили его. Они убивали его по частям, и, все же, до самого конца он улыбался. И кто-то спросил его: «Прежде чем тебе отрежут язык, мы хотим узнать, почему ты улыбаешься?» Он сказал: «Я улыбаюсь потому, что казнят кого-то другого. Тело, которое казнят, не есть я ». Он просто наслаждадся всем происходящим и смеялся над глупостью людей: «Вы казните кого-то другого. И я всегда говорил вам, что вам не удастся наказать меня, вы не можете даже коснуться меня. О наказании не может быть и речи». Ибо он не тело, а сознание. Это и есть чудо – заключает Ошо. А оказывается, за этим чудом стоит глубокий самогипноз (тело ощущается как чужое!), нейронные зоны и нейрогормоны счастья, что, конечно, не снижает восхищения силой духа и верой этого человека.//

Я особо остановил свое внимание на анестезии, поскольку она является одним из важнейших элементов возвышения сознания над детерминизмом ощущений тела. Тесное соединение с телом или рассоединение с ним в нужной мере – это свобода человека и защита во многих ситуациях. Подытоживая тему обезболивания, выделю 4 приема или этапа в достижении этой цели. При возникновении боли: 1 – вызвать чувство оцепенения или онемения в болевой области и увести внимание вверх и в противоположную сторону от места боли, добиваясь даже полной нечувствительности – утраты ощущения собственной части тела. А в особых ситуациях заменить страх боли на на агрессию или ступор от шока, выделяя кортизол, адреналин и т.п., относительно внушенных опасностей, чем переводится все внимание в зону активных событий. Известно, что в стрессе боль не ощущаема. 2 – вызвать поярче чувство блаженства, т.е. по-максимуму выделить серотонин – эндогенное обезболивающее. Мелатонин, как элемент гипносна, тоже полезен. 3 – сконцентрировать гиперчувствительность и болезненность в другой точке тела, может быть, в ладоне, чтобы на контрасте обезболить нужную зону. Можно вызывать искусственно боль и учиться ее терпеть, понижая тем порог нетерпимости. 4 –добавить внешние обезболивающие средства, как-то: замораживание, поглаживание, таблетки, плацебо. 


Продолжение Гипнонавтика 2          © А.В. Кундин https://sites.google.com/site/neoesoterik0/